Современные социально-экономические модели развития экономически отсталых стран

Выпускная квалификационная работа

Забайкальский государственный педагогический университет

им. Н.Г. Чернышевского

Факультет естественно-географический

Кафедра географии

Чита — 2009 г.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Глава I. Тенденции развития мировой экономики на рубеже ХХ и ХХI столетий и место в ней развивающихся стран

1.1 Особенности современной экономики и ее основные недостатки

1.2 Развивающиеся страны в мировой экономике

Глава II. Социально-экономические модели развивающихся стран. Общий обзор

2.1 Господство государственного сектора в экономике (на примере Индии)

2.2 Новые индустриальные страны Зарубежной Азии: общая характеристика. Японская модель развития (на примере Малайзии)

2.3 Новые индустриальные страны Латинской Америки (на примере Чили)

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА

ВВЕДЕНИЕ

В современном мире насчитывается 192 независимых государств, которые обычно подразделяют на 3 группы:

1. экономически развитые;

2. развивающиеся;

3. страны с переходной экономикой.

Экономически отсталые государства (развивающиеся) — это самая многочисленная и разнообразная группа стран. Неослабевающий интерес к развивающимся странам со стороны СМИ, ведущих географов мира, ООН, Международного Валютного фонда (МВФ), Всемирного банка и других вызван не только пестротой и мозаичностью этой группы стран, но и сосредоточением здесь глобальных мировых проблем.

Объединяет страны этой группы многое, в т.ч. проблемы развития, а также внутренние и внешние трудности, связанные с низким уровнем развития экономики и социальной сферы, недостатком финансовых средств, отсутствием опыта ведения капиталистического товарного хозяйства, недостатком квалифицированных кадров, сильной экономической зависимостью, огромным внешним долгом и пр. Ситуацию усугубляют гражданские войны и межэтнические конфликты. В международном разделении труда они занимают далеко не лучшие позиции, являясь в основном поставщиками сырьевых ресурсов и сельскохозяйственной продукции в экономически развитые страны.

К тому же во всех странах этого типа в связи с быстрым ростом населения ухудшается социальное положение больших масс жителей, проявляется избыток трудовых ресурсов, особенно остро стоят демографическая, продовольственная и другие глобальные проблемы.

Но, несмотря на общие черты, страны этой группы сильно отличаются друг от друга (а их всего около 150).

10 стр., 4805 слов

Экономическое развитие стран ОПЕК (на примере Саудовской Аравии)

... как у многих стран ОПЕК развитие происходило и происходит по одному и тому же сценарию. В качестве примера удобно брать Саудовскую Аравию, так как Саудовское королевство постоянно находится ... на мировом рынке. Экономика этих стран развивается в зависимости от рыночной конъюнктуры цен на нефть и поэтому является показательным примером развития страны с «Добывающей» экономикой. Такой страной на данный ...

Классификаций развивающихся стран множество. Приведу для примера некоторые из них. Известный ученый географ Я.Г. Машбиц выделял типы стран «развивающегося мира» исходя из тенденций индустриализации. Ученые Географического факультета МГУ (А.С. Фетисов, В.С. Тикунов) разработали несколько иной подход к классификации развивающихся стран — оценочно-типологический. Они выполнили многомерный статистический анализ данных по 120 странам на базе многих показателей, отражающих уровень социально-экономического и политического развития общества. Изучением и разработкой различных концепций в отношении развивающихся стран занимались и географы, и экономисты, и другие специалисты и организации. Очевидно, что интерес к развивающимся странам не ослабеет еще долгое время и вопрос и путях их дальнейшего развития очень актуален. [11]

В данной выпускной квалификационной работе мы попытаемся объединить развивающиеся страны по принадлежности к той или иной модели социально-экономического развития, выявить особенности, сходства и различия этих моделей.

Объект исследования: экономика развивающихся стран.

Предмет исследования: особенности структурной перестройки хозяйства развивающихся стран за годы независимости.

Цель выпускной квалификационной работы: изучение современных социально-экономических моделей развития отсталых стран мира.

Исходя из определенной цели вытекают следующие задачи:

  • проследить тенденции развития мировой экономики на рубеже ХХ и ХХI столетий;
  • рассмотреть особенности социально-экономических моделей развития экономически отсталых стран, на примере Индии, Чили, Малайзии;
  • выявить сходства и различия социально-экономических моделей экономически отсталых стран.

При написании работы нами использовались следующие методы исследования:

  • экономико-географического анализа;
  • статистический;
  • исторический;
  • картографический;
  • сравнительный.

Структура выпускной квалификационной работы традиционна: она состоит из введения, двух глав, заключения, списка использованной литературы, трех приложений и содержит страницы компьютерного набора.

ГЛАВА I. ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ НА

РУБЕЖЕ ХХ И ХХI СТОЛЕТИЙ И МЕСТО В НЕЙ

РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАН

1.1 Особенности современной мировой экономики и ее основные

недостатки

Конец ХХ века стал настоящей эпохой глобализации мировой экономики. Нарастающими темпами развиваются международная торговля и сфера международных финансов, вовлекая в своей оборот все большее количество стран. Усилилась тенденция в сфере экономической интеграции. Помимо региональных зон свободной торговли и даже экономического и валютного союза в Европе — высшей стадии интеграции — зарождаются трансконтинентальные альянсы. Фактически уже сложилась Трансатлантическая зона, объединяющая Северную Америку и Западную Европу, в конце июня 1999 г. на встрече стран Европы и Латинской Америки в Рио-де-Жанейро было принято беспрецедентное решение об образовании Европейско-Латиноамериканской зоны свободной торговли крупнейшего рынка в мире. Усиливаются и позиции международных организаций как подстройки всей системы мирохозяйственных связей, призванной регулировать процессы глобализации.

22 стр., 10619 слов

Мировая экономика и процесс глобализации

... развития мировой экономики - глобализация; 5) изучены глобальные проблемы современного мирового хозяйства в качестве сил, которые способствуют развитию этой тенденции. Для решения указанных задач в работе рассматривается сущность и экономическая роль мировой экономики, ...

Особенностью современного мирового хозяйства является то, что в нем стали формироваться подсистемы, к которым, по мнению профессора С.Н.Сильвестрова, следует относить:

  • сферу межгосударственного взаимодействия;
  • область деятельности ТНК;
  • сферу деятельности надгосударственных экономических организаций.

[14]

Сфера межгосударственных отношений достаточно традиционна, ведь именно государства с исторических времен являлись главными субъектами внешнеэкономической деятельности, именно национальные экономики служат основными составляющими системы мирохозяйственных связей. К настоящему же времени позиции национальных государств в мировой экономике ослабляются в пользу двух других составляющих системы.

Область деятельности ТНК по своей мощи зачастую превосходит национальные экономики. По данным ООН, если еще в 1970 г. в мире было 7,3 тыс. ТНК с тыс. филиалов, то к середине 1990-х гг. уже насчитывалось тыс. материнских ТНК, контролирующих около 250 тыс. дочерних компаний и отделений за рубежом. свыше 40% активов 100 крупнейших ТНК планеты находятся вне стране местонахождения материнских компаний. ТНК опосредуют около 40% всей мировой торговли, создают около четверти мирового ВВП, внутренний оборот их деятельности составляют свыше 7 трлн. долл. ТНК способствуют развитию отраслей высоких технологий, выпускающих сложную конечную продукцию, что углубляет процесс международного разделения труда в виде внутриотраслевой специализации и кооперации.

Позиции международных экономических организаций усилились сравнительно недавно, и это также отражает процесс глобализации мировой системы. Международные организации уже не просто опосредуют отношения между странами и являются подстройкой системы, но и сами служат полноправными субъектами мирового хозяйства, вступая во внешнеэкономические сделки и с национальными государствами, и с ТНК, и другими международными организациями.

Глобализация значительно повлияла на характер инфраструктуры мировой системы, не только способствуя развитию новых средств транспорта и связи, но и глобализируя сферу телекоммуникаций, стимулируя создание всемирных компьютерных сетей типа Интернет, всемирной системы связи Иридиум, альянсов авиаперевозчиков. Под воздействием научно-технического прогресса и глобализации цены на услуги транспорта и связи постоянно снижаются, что благоприятно сказывается и на развитии бизнеса, и на увеличение контактов между людьми. На очереди теперь преодоление границ в сфере образования, чему может способствовать система дистанционной подготовки ведущих университетов мира.

Однако эпоха глобализации породила и проблемы, ранее не пересекавшие национальные границы. Несмотря на кажущееся представление о мировой экономике как о целостной системе, она не лишена многочисленных недостатков.

В современной мировой экономике существует множество качественно новых проблем, решить которые оказалось очень непросто даже совместными усилиями всего мирового сообщества. Среди самых злободневных проблем мирового хозяйства можно отметить:

  • конфликт между процессом глобализации мирового рынка и национальными интересами стран его образующих, который проявляется прежде всего в сфере противостояния различных культур предпринимательской деятельности, политических и экономических интересов национальных хозяйств;
  • крушение прежних представлений о рынке, который сам себя регулирует и всем дает место под солнцем, об эталонной модели свободной рыночной экономики, которая не оправдала возлагаемой на нее надежд развивающихся и бывших социалистических стран;
  • развенчание мифа о Стране восходящего солнца и угасание надежд на возрождение экономики Российской Федерации;
  • крушение всей сложившейся системы международного права и международных организаций, которые уже не соответствуют новой ситуации в мире;
  • усиление нестабильности мировой экономики, периодические валютно-финансовые кризисы, подрывающие ее потенциал.

Под вопросом оказалась сама идея глобализации как движущей силы мирового прогресса.

13 стр., 6254 слов

Контрольная работа «Информационные системы в экономике». Вариант №

... разряд работы RR Позиционная Ч 1 Таблица. Описание структуры документа «Справочник деталей» (НАИМДЕТ) Имя реквизита Идентификатор Система ... документов за период: ежемесячно 1шт. Кол-во строк в документе (в среднем): 20. Контроль правильности документа: логический контроль ... изготавливаемых деталей. 2 ОПИСАНИЕ ВХОДНОЙ ИНФОРМАЦИИ 2.1. В данном разделе приводится перечень всех первичных документов, ...

Никто не будет отрицать того, что глобальная экономическая интеграция выдвигает новые перспективы развития национального хозяйства. Вместе с тем, оказалось, что ее последствия далеко не однозначны. Глобализация несет процветание и усиление позиций сильным экономикам ведущих стран мира, одновременно вводя слабые неконкурентоспособные экономики в депрессию, порождая накопление огромных богатств на одном полюсе системы мирохозяйственных связей и нищету, безработицу, нестабильность и отсутствие безопасности на другом.

Глобализация вызвала фундаментальные изменения в науке и технике, привела к росту числа индивидуальных инвесторов, привела к демократизации информации, которую через глобальные информационные сети типа Интернет может получить любой желающий в любой стране мира при условии наличия возможностей доступа к источникам такой информации.

Информационная революция конца ХХ века усилила связи между нациями, людьми и компаниями, находящимися на разных континентах, фактически разрушила «железные» и «бамбуковые» занавесы, которыми пытались отгородиться от мирового прогресса тоталитарной империи. Обмен информацией в режиме реального времени означает настоящую революцию для финансовых рынков, маркетинга и инвестиций. Вместе с тем, контроль за основными СМИ, в том числе и за электронными, остается в руках немногих, что препятствует полноправному доступу к информации всех стран. В результате информационная революция дала еще больше реальной политической и экономической власти развитым странам и дала им возможность побеждать в информационных войнах, всячески дискредитируя позиции стран, отстающих в совеем научно-техническом развитии.

Рост числа инвесторов наряду с реализацией идеи о демократическом капитализме с долевой формой собственности добавил новые проблемы национальным экономикам. Во-первых, поведение индивидуальных инвесторов обусловлено чисто спекулятивными факторами и нацелено на краткосрочную перспективу. Это дополнительно прессингует управляющих акционерными компаниями и заставляет их идти на поводу у индивидуальных инвесторов, давая высокие прибыли любой ценой. Возрастает доля весьма рискованных капиталовложений без какого-либо гарантированного реального обеспечения. Во-вторых, огромные потоки финансовых средств перемещаются между странами и континентами, привлекаемые более высокой нормой прибыли на наиболее рискованных рынках, что провоцирует финансовые кризис в самых слабых местах мировой экономической системы, усиливая всю ее нестабильность.

Научно-технические достижения оказались уделом ограниченного числа стран. Для прогресса в данной области никак нельзя обойтись без значительных инвестиций в сферу образования и науки. Подорванный холодной войной экономический потенциал стран, образовывавших социалистическую систему, не давал им возможности вкладывать средства в развитие технологий, напрямую не связанных с национальной обороноспособностью. В результате технологическое отставание по коммерческим проектам только нарастало. Развитые капиталистические страны и здесь оказались в фаворитах.

Фактически произошел триумф глобального капитализма, сменивший старую систему мирового развития периода холодной войны, окончательно победила рыночная модель развития. Те страны, которые промедлили с переходом к рынку, остались на периферии мировой экономики, а разрыв между ведущими мировыми державами и периферией с каждым годом увеличивается. Однако в мире, порожденном глобализацией, усиливаются боли и страдания. Подсчитано, что для полноценного развития мирового хозяйства достаточно всего лишь 1 млрд. населения, производственных мощностей и финансовых ресурсов развитых стран.

Остальным национальным хозяйством просто не оказывается места в глобальной капиталистической системе, что не может не тревожить и политиков, и экономистов, и всех здравомыслящих людей. Глобализация отнюдь не прекращает геополитику и региональные конфликты, наоборот, в современной мировой экономике это может привести к катастрофическим последствиям и закончиться уничтожением всей системы.

Остальная проблема становления современного мирового хозяйства заключается в том, что на базе идеи образования глобального мирового рынка возник глобальный нерегулируемый капитализм. Глобальный мировой рынок оказался вовсе не рынком свободной конкуренции с нишами для всех на нем, а он стал строго сегментированным рынком, на котором господствуют прежде всего развитые капиталистические страны. Более того, мировой рынок оказался гигантским насосом по перекачке ресурсов из одних стран, в продукции которых преобладают сырьевые компоненты, в другие, которые производят готовые наукоемкие продукты с высокой долей вложенного в них интеллектуального капитала и высококвалифицированного труда.

Известный финансист и меценат, сделавший состояние на развале экономик ряда стран, Джордж Сорос считает, что экономическая теория построена на ошибочной концепции равновесия, которого в реальной жизни не наблюдается. Достижения равновесия в экономическом развитии случайно, а конечный результат непредсказуем. Отсюда следует то, что постулаты, изначально заложенные в конструкцию мировой капиталистической системы не верны, а сама глобальная капиталистическая система имеет следующие недостатки:

1) неравномерное распределение благ в мире;

2) нестабильность мировой финансовой системы;

3) надвигающаяся угроза глобальных монополий и олигополий;

4) потеря государством в условиях открытой экономики своей прежней роли;

5) проблема ценностей и социального согласия в мире.

Солидарны с Соросом и другие исследователи. В частности, Э. Латтвак в своей книге «Турбулентный капитализм: победители и проигравшие в глобальной экономике» отмечает трансформацию «регулируемого» капитализма 1960-1970-х гг. в современный турбулентный капитализм.

Последствием такой эволюции капитализма стали неравенство доходов, возросшая экономическая нестабильность всех групп населения (вне зависимости от уровня доходов), рост социальных болезней (коррупция, организованная преступность), чрезмерность регулирования социальной сферы. Рассмотрим подробнее данные недостатки.

Неравномерное распределение благ в мире подтверждается справедливостью действия статистического правила / по отношению к национальным экономикам.

Дело в том, что на 20% стран мира, являющихся развитыми, в которых проживает менее 1 млрд. человек, приходится более 80% всех доходов мировой экономики. В то же время 20% других стран, являющихся развивающимися, могут рассчитывать только на 1,5% мировых доходов. По сведениям ООН в 1998 г. четверть населения планеты имела доходы не более одного доллара в день.

Не утешают и прогнозы будущего развития. Ожидается, что к 2050 г. жителей Земли станет 8 млрд., причем 1 млрд. при этом будет голодать, а 1,5 млрд. — проживать за чертой бедности.

Большая часть мирового ВВП (свыше 60%) производится менее чем в странах мира (входящих в Организацию Экономического Сотрудничества и Развития — ОЭСР).

Как раз в данных странах и проживает «золотой миллиард» населения планеты. В то же время пятерка самых больших по населению и территории государств (в их число не включены США и Канада), в которых проживает почти три миллиарда жителей планеты, производит совокупный ВВП в три раза меньший, чем страны ОЭСР. Ну, а на почти двести оставшихся стран мира приходится также около 20% ВВП. Распределение ВВП в мире отражает следующая таблица.

мировой экономика развивающийся индустриальный

Таблица 1 Мировой ВВП в середине 1990-х гг.

Группы стран

Доля в мировом ВВП, %

1.

Страны ОЭСР (23 развитых страны мира, Турция, Мексика, Польша, Венгрия, Чехия, Ю.Корея)

2.

Пятерка крупных стран (Бразилия, Китай-Гонконг, Индия, Индонезия, Россия)

3.

Остальные страны

Страны «золотого миллиарда» привлекают в свою экономику почти 64% всех мировых инвестиций, на них приходится 82% мирового экспорта товаров и услуг. Разрыв между богатыми и бедными странами постоянно растет. Если в 1960 г. разрыв в уровне благосостояния 20% самых процветающих и 20% самых бедных стран был тридцатикратным, то уже в 1997 г. он был более чем семидесятикратным. В 1980-96 гг. только страны мира отличились стабильным уровнем экономического роста, причем большинство из них были развитыми. Одновременно в странах за тот же самый период времени наблюдалось значительное снижение доходов. К числу таких государств относятся беднейшие страны Африки, реформируемые экономики Центральной и Восточной Европы, государства СНГ.

Еще более сенсационные факты содержатся в докладе ООН о мировом экономическом развитии, опубликованном в 1999 г. Три самых богатых человека планеты (основатель компании Microsoft Билл Гейтс, султан Брунея и семья, контролирующая сеть магазинов Wal-Mact) располагают активами, которые в совокупности превышают ВВП сорока трех наименее развитых стран мира. По общему индексу развития самыми благополучными считаются такие страны как Канада, Норвегия и США, а самой бедной страной мира признается Съерра-Леоне, в которой средняя продолжительность жизни составляет всего лет, а большинство детей испытывают стресс и психические расстройства в результате последствий семилетней гражданской войны.

С одной стороны можно по этому поводу сколь угодно долго говорить о несправедливости в распределении доходов в мире, но с другой стороны эти доходы заработаны вполне законно благодаря развитию производства и непроизводственной сферы ведущих стран мира, и именно капитализм стимулировал такое развитие. Нобелевский лауреат 1998 г. индийский экономист, работающий в Великобритании, Амартия Сен, в своих трудах, посвященных изучению проблемы голода в развивающихся странах, показал, что голод связан вовсе не с недостатком продуктов питания, а с плохим управлением экономикой, неправильным распределением ресурсов. Можно сколь угодно долго критиковать развитые страны мира за их богатство, но оно не на голову им с неба свалилось, а стало заслугой за оптимальную модель управления экономикой. Другой известный политический деятель Уинстон Черчилль всячески критиковал демократическую систему управления за ее несправедливость и несовершенство, признавая при этом, что, несмотря на все ее недостатки лучшей системы принятия решений не существует.

Нестабильность мировой финансовой системы вызвана особенностью архитектуры мировых финансовых рынков, к которым относят фондовый рынок, рынок капитала, денежный рынок и валютный рынок. Схематически структуру мировых финансовых рынков можно представить в виде перевернутой пирамиды (см. рис. 1).

Рис. 1. Структура мировых финансовых рынков [14]

К настоящему времени окончательно установился значительный разрыв между капиталом, обслуживающим реальный сектор экономики, в котором создаются распределяемые и потребляемые затем товары и услуги, и фиктивным капиталом, служащим для массированных финансовых спекуляций и не имеющим под собой никакого материально-вещественного обеспечения. Еще десятилетие назад структура мировых финансовых рынков была совершенно иной: на долю коммерческих операций, связанных с кредитованием международной торговли и производства, приходилось свыше половины оборота, что давало всей системе несомненно большую устойчивость. В настоящее время преобладают несомненно именно спекулятивные операции, а на долю финансовых потоков, обслуживающих реальный сектор и международную торговлю, приходится не более 10% совокупного оборота мировых финансовых рынков. Вполне понятно, что рано или поздно спекулятивная верхушка пирамиды может нарушить зыбкое равновесие системы. В самом слабом звене мировой экономики разгорается валютно-финансовый кризис, бороться с которым приходится усилиями всего мирового сообщества. Конец 1990 гг., ознаменовавшийся валютно-финансовыми кризисами в Латинской Америке (1994 и 1998 гг.), Юго-Восточной Азии (1997-1998 гг.) и России (1998 г.), показал всю опасность мировой финансовой архитектуры и уязвимость мирового хозяйства перед лицом глобальных кризисов.

Надвигающаяся угроза глобальных монополий и олигополий служит дополнительным рычагом напряженности во всей глобальной экономической системе. Современные ТНК стали настолько сильны и в экономическом, и в политическом плане, что им под силу контролировать ситуацию не только в своей базовой стране, но и во всей системе мирохозяйственных связей. Можно предположить, какие проблемы стоит перед огромным количеством развивающихся стран, объективно не имеющим возможности противостоять должным образом не только политике развитых стран, но и политике ТНК, безраздельно властвующих на мировом рынке.

Вторая угроза — это монополизация самого рынка. Господство на определенных рынках мощных ТНК, представляющих страны с развитой экономикой, и образование альянсов между ними не оставляют никаких шансов потенциальным конкурентам для выхода на данный рынок.

ТНК в любом случае будут пользоваться эффектом масштаба, лидерством в сфере НИОКР, что дает им неограниченные возможности в снижении цен до такого уровня, который не смогут позволить себе их конкуренты из числа компаний малого и среднего бизнеса. Примером влияния монополитической либо олигополитической структуры рынка на ценообразование может служить отрасль авиаперевозок либо сфера коммуникаций.

Наиболее сильные компании, являющиеся лидерами на данных рынках, настолько снизили уровень цен, что появление новых конкурентов и даже выживание старых весьма затруднительным. Так до регулирования сферы воздушных перевозок любой трансатлантический перелет из Европы в Северную Америку и обратно обходился как минимум в сумму, близкую к 1 тыс.долл. Весной 1999 г. американская компания United Airlines — одна из самых больших в мире — установила минимальные тарифы на маршрут Бостон — Лондон — Бостон всего в 198 долл. Испанская авиакомпания Iberia предлагает маршрут Сан-Франциско — Париж всего за 340 долл. Качество услуг, предоставляемых данными авиакомпаниями, не вызывает нареканий, и остальным авиаперевозчикам в борьбе за пассажиров придется пойти на значительное снижение тарифов. Авиакомпания Аэрофлот — Российские международные авиалинии уже сейчас сталкивается со значительным тарифным прессингом со стороны зарубежных компаний.

Подобная ситуация сложилась и в сфере телекоммуникаций. После либерализации данного рынка цены на услуги связи в Европе значительно снизились. В частности, в Германии тарифы упали на 70%. Тем не менее, едва ли у компании Deutsche Telekom, поглотившей весной 1999 г. компанию Telekon Italia, в ближайшее время на немецком рынке могут появиться серьезные конкуренты. Финансовая мощь крупных компаний, их репутация, уровень технологий, низкие тарифы являются непреодолимым барьером для потенциальных конкурентов, не обладающих аналогичными качествами. Эпоха свободной конкуренции заканчивается, на мировом рынке закрепляется ситуация олигополии и монополистической конкуренции.

Потеря государством в условиях открытой экономики своей прежней роли. Интеграция страны в мировое хозяйство на самом деле ведет к потере государством основных рычагов влияния на национальную экономику. В условиях глобализации государственное вмешательство в экономику потеряло свой прежний смысл. Происходит никогда прежде неизвестная в мировой практике борьбы между умирающим государственным контролем и укрепляющим свои позиции глобальным свободным рынком. Из-за невозможности контролировать как прежде предпринимательскую деятельность, проигрывая в методах управления эффективному частному сектору, очень часто представляющему не только национальный, но и иностранный капитал, одна страна за другой отказываются от государственного вмешательства в экономику. Широкомасштабная приватизация и дерегулирование охватили практически все динамично развивающиеся страны на всех континентах. Приватизация вовсю идет в социально-ориентированных экономиках континентальной Европы, где исторически велика была роль государственной собственности, в Южной Африке и Новой Зеландии, Бразилии и Нигерии, также отличавшихся высокой долей государственной собственности. Дерегулированы такие важнейшие сектора экономики как телекоммуникации, транспорт, отрасли социальной инфраструктуры. Либерализация подготовки трудовых ресурсов, когда образование становится возможным получать в других странах приведет и к потере части контроля со стороны государства над воспроизводством человеческого капитала. [19]

Наиболее драматично складывается ситуация в сфере государственных финансов. Дело в том, что в открытой экономике предприниматель является «исчезающим налогоплательщиком», он имеет возможность выбирать страну для наиболее рационального с налоговой точки зрения применения своего капитала. Налоговый суверенитет страны, возможности проведения фискальной налоговой политики, установления высоких налоговых ставок и тотального контроля за действиями налогоплательщиков таким образом значительно ослабляются. На национальную налоговую политику оказывают воздействие внешние факторы в виде привлекательности налоговых гаваней или просто стран с рационально построенной для предпринимательской деятельности налоговой системой. Развитие мировых рынков капитала на основе аффиарных операций в евровалютах вывело часть международного кредитования в валюте из-под действия национального законодательства и правительственного контроля.

Государство оказывается не в состоянии собирать налоги в прежнем объеме и вынуждено либо вести равноправную налоговую конкуренцию с другими странами, снижая налоги, либо ужесточать процедуру контроля за экспортом капиталов. Тем не менее, государственные расходы имеют тенденцию неуклонного роста, что заставляет при недоборе налоговых поступлений для поддержания проводимой социально-экономической политики и иных программ активно обращается к другим механизмам финансирования государственного бюджета, таким как эмиссия и государственный долг. Накопление внешних долгов при хронической неспособности правительства мобилизовать средства для их погашения через налоговую систему может угрожать дефолтом, т.е. полной финансовой несостоятельностью правительства перед внешними кредиторами. Для решения проблемы внешнего долга при угрозе дефолта национальному правительству приходится идти на поводу у зарубежных кредиторов, теряя свою экономическую самостоятельность.

Российская Федерация может служить классическим примером влияния на национальную экономику внешних факторов, потери государством прежних позиций в макроэкономической системе из-за открытости экономики. Государство в РФ оказалось не в состоянии выполнять свои функции и обеспечивать стабильность в экономике, в том числе и из-за отсутствия необходимой для этого финансовой базы. Российские предприниматели предпочитают не платить налоги в своей стране из-за тяжести налогового бремени и несовершенства законов, капитал в массовом порядке вывозится из страны за рубеж. Бюджет РФ лишается значительной части налоговых поступлений, а его дефицит покрывается за счет внешних займов. Внешние долги накапливаются и в определенный момент времени (17 августа 1998 г.)государство оказывается банкротом. Дальнейшие действия правительства направлены на достижение соглашений с внешними кредиторами по отсрочке выплаты по своим обязательствам и на получение новых кредитов у МВФ в ответ на уступки в экономической политике.

Самое опасное заключается в том, что государство перестает быть в глобальной экономике гарантом экономической стабильности. В случае с Российской Федерацией именно государство своей бездарной внешней и внутренней политикой спровоцировало системный кризис в экономике и вместо поиска путей выхода из кризиса стремится еще более усугубить и без того сложную ситуацию. Государство больше не может обеспечивать равенство возможностей и общественную безопасность. Становится затруднительно обеспечивать равные возможности недавним иммигрантам из бедных стран, зачастую беженцам поневоле, не обладающим должной профессиональной подготовкой по сравнению с местным населением.

Глобализация повышает планку требований к государству в плане обеспечения социальной защиты, одновременно снижая его возможности в этой области. Глобальная система экономики насыщена острыми социальными болезнями и проблемами. Разберем некоторые из них. Одной из острейших проблем современной мировой экономики стала проблема интернационализации преступности. Теневой сектор мировой экономики становится все более и более значительны. Ее величина в различных странах мира колеблется от 10-15% объема ВВП (Швеция, США) до почти 80% (Нигерия).

[14] По оценкам Международного валютного фонда один только оборот «черной наличности» в мире составляет до 1,5 трлн. долл., что соответствует 5% совокупного мирового продукта.

Такие «недуги» как терроризм, организованная преступность, коррупция поразили практически все страны мира. Волна терроризма в конце 1990-х гг. буквально захлестнула такие страны как Алжир, Египет, Израиль, Индия. Террористические акты отмечались во Франции, США, России. Преступность стала международной, поскольку глобализация позволяет террористам, наркокурьерам, торговцам оружием постоянно находиться в движении, перемещаясь из страны в страну. Глобализация способствовала появлению мировых рынков наркотиков, нелегального оружия, «живого товара».

В ряде случаев преступный мир напрямую проник в государственное управление, от него страдают и развитые, и развивающиеся страны. Бесследно растворяется помощь, предоставляемая международными финансовыми организациями, в Нигерии и России. Постоянно возникают подозрения о нечистоплотности государственных чиновников в Италии, Франции, Южной Корее и Японии. Наглядными примерами являются скандал вокруг коррупции членов Комиссии Европейского Союза, разгоревшийся весной 1999 г.; разоблачение взяточничества сотрудников Международного Олимпийского Комитета, благодаря подкупу которых американский город Солт-Лейк-Сити в 2002 г. заполучил зимние олимпийские игры. Российскую экономику после многочисленных публикаций в зарубежной прессе в августе — сентябре 1999 г., подтверждающих факты коррупции и отмывания финансовых средств на Западе высших государственных чиновников, уже напрямую называют «государственно-криминальным комплексом».

Остро стоит проблема ценностей и социального согласия в мире. Социальная справедливость стала жертвой глобальной экономики. Образование глобальной капиталистической системы привело к пересмотру всей системы общественных ценностей в мире. На смену традиционным духовным, семейным ценностям пришли ценности рыночные. Рыночная экономика привела к становлению рыночного общества, общества потребителей, в котором все имеет определенную цену, выражаемую в денежных единицах. К большому сожалению, странам, недавно вставшим на путь рыночной ориентации не была привита протестантская этика капитализма (прежде всего из-за разницы культур, религий), выражающаяся в почитании закона, уважении прав частной собственности, отказе от внешних символов богатства, в необходимости постоянной работы во имя будущего успеха и процветания, в общественном порицании состояний, нажитых нечестным путем, сострадании к обездоленным. Вместо этого в сознание вошла массовая культура, жажда легкой наживы любой ценой, культ насилия и вседозволенности, игнорирование общественных норм поведения и законов.

Иллюстрацией может стать падение нравов граждан и снижение уважения к властям, которые сами себя скомпрометировали в Российской Федерации, рост коррупции в чиновничьей среде во всем мире. Насильственная вестернизация культуры, внедрение рыночных механизмов в общественное сознание разрушает традиционный институт семьи и брака. Уже сейчас свыше половины детей в некоторых Скандинавских странах рождается вне брака, а само число зарегистрированных браков неуклонно снижается.

На сознание миллионов телезрителей и кинозрителей во всем мире оказывается огромного давления со стороны западной, прежде всего, американской культуры, причем в большинстве своем демонстрируются не высокохудожественные дорогостоящие шедевры, а низкопробные малобюджетные фильмы. Идет пропаганда рыночного стиля жизни и через рекламу, закрепляя на уровне подсознания ценности культуры массового потребления. Развитие глобальной экономики оказывается намного впереди развития глобального общества, которое просто не успевает реагировать на быстрые изменения мирового рынка. Культура и общественное сознание меняются намного медленнее, нормы социального поведения вырабатываются столетиями и самое главное заключается в том, чтобы они не стали заложниками глобального рынка, стирающего национальные различия и не оставляющего ничего святого.

Глобальный рынок не обращает внимание на социальное согласие в обществе и между странами. В эпоху виртуализации торговли прежнее деление потребителей по сегментам на основе географической классификации или по возрасту утратило всякий смысл. Виртуальный потребитель может быть кем угодно и откуда угодно, и даже совершать покупки по анонимной почте анонимно. Теряется индивидуальность работы с клиентом, процесс живого общения. Общество периода кустомеризации, персональных контактов продавца и покупателя уходит в прошлое. Глобальный рынок уравнивает всех и по возрасту, и по национальности. Неоднородное по своему составу общество потребителей в глазах рынка становится единым, и по отношению к нему можно применять глобальную стратегию, как известно, отличающуюся своей универсальностью. Такое игнорирование национальных и индивидуальных различий потребителей в будущем может быть чревато социальными конфликтами нового уровня.

Как мы видим, глобализация действительно порождает глобальный капитализм и общество глобального потребления, заводя цивилизацию в очередной тупик. Выходом из сложившейся ситуации могло бы стать координирование усилий всех стран мира, особенно развитых, на пути продвижения по пути глобализации. Глобализация — очень сложный процесс, охватывающий и экономику, и политику, и культуру, и технологическое развитие. Глобализация должна вести к модернизации всех без исключения национальных экономических систем, а также всего мирового хозяйства. Все без исключения национальные экономики должны участвовать в данном процессе и все должны пользоваться положительными результатами глобализации. Глобальный мир становится слишком маленьким и беззащитным перед угрозой тех проблем, которые на него надвигаются, только участие всех субъектов мировой экономики в урегулировании глобальных проблем может остановить фатальную неизбежность гибели цивилизации.

Неординарное решение предлагает Д.Сорос. Он идеализирует модель открытого общества, своеобразную утопию, предложенную философом Карлом Поппером. Конечно, во многом, открытое общество — недостижимый идеал, и в ближайшее время он так и останется нереализуемым. Тем не менее, основные принципы, лежащие в основе концепции открытого общества можно воплотить в жизнь совместными усилиями всех стран мирового сообщества. Открытое общество должно характеризоваться следующими принципами:

  • главенство закона;
  • уважение прав человека;
  • уважение прав меньшинств;
  • разделение властей;
  • рыночная экономика;
  • социальная справедливость.

Открытое общество должно допускать различия в национальной модели экономического развития, наличие разных систем ценностей (и западного, и восточного типов), многополярный мир с коллективной системой безопасности. Открытое общество может лучше всех других систем стоять на страже принципа свободной конкуренции, оно признает достоинства рынка, но вовсе не идеализирует его, здесь имеют место и внерыночные ценности. Открытому обществу легче решить проблему нестабильности глобальных финансовых рынков, установив совместный контроль за обращением капиталов. Открытое общество может противостоять противоречию между центром и периферией мировой экономической системы, допуская равноправное участие любой страны в системе мирохозяйственных связей.

По мнению Сороса, подлинные изъяны в современной системе глобальной экономики находятся как раз во внеэкономической сфере, они заключаются в том, что национальное государство уже не в состоянии играть прежнюю роль, выполнять свои традиционные функции. Для защиты индивидуальных прав и свобод граждан и предпринимателей необходима новая система международных институтов, гарантирующих порядок всей глобальной системы, решающих вопросы охраны окружающей среды, соблюдения социальной справедливости, защиты мира и борьбы с коррупцией. Новые нормы поведения в глобальной экономике должны разрабатываться только общими усилиями. Только открытое общество может стать условием выживания глобальной капиталистической системы. Вся беда заключается в том, что мир пока раздирают национальные противоречия, и идея открытого общества, которое смогло бы примирить национальные ценности и международные потребности не пользуется должным признанием.

В эпоху глобализации по-разному развиваются национальные экономики. Прежде всего разница заключена в особенностях экономического развития страны, темпов ее развития. По-разному «чувствуют» себя страны развитые и развивающиеся. Рассмотрим последних более подробно. [18]

1.2 Развивающиеся страны в мировой экономике

Развивающимися принято считать все страны, которые не относятся ни к странам с развитой экономикой, ни к странам с переходной экономикой. Группа развивающихся стран довольно разнообразна. Большинство этих стран в недавнем прошлом составляло колониальную основу империализма.

Трудности, с которыми столкнулись освободившиеся государства на пути обретения экономической независимости, в той или иной степени присущи каждой развивающейся стране. Несмотря на его исключительно пестрый, мозаичный облик, бесконечное разнообразие условий и динамики социально-экономического развития составляющих его хозяйств, существует ряд признаков, которые объединяют развивающиеся страны в особую группу государств в современном мире. Определение ее как достаточно устойчивой общности дает основание для положительного ответа на вопрос о том, существуют ли общие закономерности социально-экономического и политического развития освободившихся государств.

Современный облик развивающихся стран несет в себе глубокий отпечаток их колониального прошлого. Полученное в наследство от колонизации аграрно-сырьевая специализация освободившихся государств в международном географическом разделении труда и сегодня серьезно осложняет их экономическое развитие, сообщает ему неустойчивость, уязвимость от внешних факторов.

В условиях колониального подчинения производительные силы развивающихся стран приобрели определенную инертность, которая оказалась труднопреодолимым барьером на пути их современного экономического развития. В большинстве молодых государств на нынешнем этапе существуют три типа производительных сил — доиндустриальные, индустриальные и современные, связанные с НТР. Разнородность производительных сил развивающихся стран определяет многоукладность их социально-экономической структуры явление, в той или иной степени характерное для всех стран «третьего мира» и достаточно устойчивое.

Вследствие разнородности хозяйственного уклада, очень разнородна группа развивающихся стран. К ней относятся и богатейшие в мире страны — экспортеры нефти с уровнем ВВП на душу населения порядка 20-25 тыс.долл. (Кувейт, ОЭА и др.), и страны — «тигры» Юго-Восточной Азии и Латинской Америки, которые принято называть новыми индустриальными. Еще совсем недавно развивающимися считались азиатские «драконы» Гонконг, Сингапур, Республика Корея и Тайвань, а также Израиль. Тем не менее, большинство развивающихся стран (РС) — это довольно бедные государства Африки, Азиатско-Тихоокеанского региона и Латинской Америки. Развивающимися считаются крупнейшие по населению страны мира, такие как Китай, Индия, Бразилия и Индонезия [11].

С классификацией РС несколько проще состояло дело в недалеком прошлом, в те времена, когда мир был расколот на две враждебные друг другу системы: капиталистические страны (иначе промышленно развитые страны — ПРС) и социалистические страны (включавшие страны ЦВЕ, СССР, Кубу, Китай, Северную Корею, Монголию и Вьетнам).

Остальные государства считались странами третьего мира, развивающимися странами. Это были, как правило, колонии капиталистических стран, недавно добившиеся независимости. Значительное влияние на национально-освободительную борьбу бывших колониальных государств оказали идеи и пример социалистических стран. Освободившись от колонизаторов-капиталистов, страны третьего мира стремились обрести независимость от ПРС, избрать свой собственный путь развития. Для совместного решения новых экономических задач стран третьего мира возникло движение неприсоединения, которое ставило перед собой цель разработки нового мирового экономического порядка в интересах РС. РС вырабатывали общую стратегию в международной торговле, старались оказать влияние на изменение расстановки сил в мировой экономике. В рамках движения неприсоединения была образована «Группа 77», объединившая афроазиатские и латиноамериканские страны. Название группы было связано с первоначальным числом входивших в нее стран, хотя впоследствии «Группа 77» расширилась за счет вступления от нее новых РС.

Задачи у «Группы 77» были следующие:

;

  • реальный суверенитет РС, право распоряжаться своими национальными ресурсами (с этой целью проводилась национализация предприятий и инфраструктуры, принадлежавших собственникам из капиталистических стран-метрополий, вводился государственный контроль во всех сферах национального хозяйства);

;

  • получение преимуществ в международной торговле сырьем и промышленными товарами, доступ РС на рынки ПРС, что предполагало введение для РС льготного таможенного режима во внешней торговле с капиталистическими странами (низкие таможенные сборы и пошлины, отмена нетарифных барьеров);

;

  • контроль за деятельностью ТНК на территории РС, решение инвестиционных споров с ПРС;

;

  • решение валютно-финансовых вопросов РС (задолженность РС перед ПРС, контроль банковской деятельности, валютный контроль и валютные ограничения, регулирование процесса привлечения иностранных инвестиций).

Все вышеперечисленные задачи предполагали преодоление неэквивалентности отношений между развитым и развивающимся миром, равноправие РС в системе мирохозяйственных связей. [14]

Окончательный распад колониальной системы капитализма пришелся на 1950-60-е гг., когда значительно активизировалась национально-освободительная борьба стран третьего мира. С данного времени начинается и отсчет собственного экономического развития данной группы стран. Помимо движения неприсоединения ряд стран избрал для себя капиталистическую ориентацию, данные РС представляли зону влияния ПРС в мировой экономике, им оказывалась гуманитарная, финансовая, военная и идеологическая поддержка ведущими мировыми державами. В данном случае капиталистический мир старался укрепить себя в противовес социалистической системе.

Другие РС из-за негативного восприятия капитализма пошли по пути социалистической ориентации, получая военную и финансовую поддержку из Москвы (Ангола, Бирма, Лаос и др.).

Это противоборство за степень политического контроля над РС продолжалось на протяжении всего периода «холодной войны», периодически выливаясь в открытые вооруженные конфликты и в третьем мире вроде войн в Индокитае, Афганистане, Анголе, на Ближнем Востоке и др. Нередко развивающиеся страны открыто шантажировали две противоборствующие системы, требуя увеличения военной и финансовой помощи и угрожая в случае отказа примкнуть к лагерю соперника.

Неприсоединившиеся же страны сочетали в себе и элементы капитализма (рынок, частная собственность), и черты социализма (национализация наиболее важных отраслей промышленности, народнохозяйственное планирование).

После падения коммунистических режимов в СССР и странах ЦВЕ (Центральной Восточной Европы) финансовая поддержка РС социалистической ориентации, направляемая из Москвы прекратилась, и те страны третьего мира, которые выбрали для себя социалистический путь развития оказались в затруднительной ситуации. После распада мировой социалистической системы уровень социально-экономического развития таких РС значительно снизился.

В настоящее время РС в зависимости от уровня их социально-экономического развития можно подразделить на следующие основные группы:

1) верхняя группа РС, к которой относятся самые богатые из стран третьего мира: страны-экспортеры нефти (Объединенные Арабские Эмираты, Кувейт, Оман, Саудовская Аравия, Венесуэла), НИС Латинской Америки и Юго-Восточной Азии (Аргентина, Бразилия, Мексика, Чили, Таиланд, Малайзия), островные государства — налоговые гавани и туристические центры (Багамские, Бермудские, Каймановы острова и др.);

2) промежуточная группа, объединяющая РС со средним уровнем развития, к которой относятся, в частности, Китай, Индонезия и Филиппины, Иран, Алжир, Тунис, Турция и др. Здесь приоритет получило промышленное развитие, а основу экономики большинства государств составляют добывающие и экспортоориентированные отрасли национального хозяйства;

3) нижняя группа, включающая достаточно слаборазвитые и наименее развитые страны с величиной ВВП на душу населения ниже 1 тыс.долл. в год. Данные государства можно назвать «классическими» развивающимися странами со всеми отсюда вытекающими последствиями низкого социально-экономического уровня развития. Сюда относятся страны Тропической Африки (Африка южнее Сахары), страны Восточной Азии (Мьянма, Непал, Бангладеш, Афганистан), некоторые страны Латинской Америки (Гаити, Никарагуа).

Наименее развитые страны бедны полезными ископаемыми, у некоторых из них нет выхода к морю, отсутствует транспортная, финансовая и социальная инфраструктура. В наименее развитые странах в настоящее время наблюдается неконтролируемая демографическая ситуация, для них характерен чрезвычайно быстрый прирост населения. Основой экономики данных государств является отсталый аграрный сектор, на долю которого приходится до 40% ВВП. Наименее развитые страны очень слабо интегрированы в систему мирохозяйственных связей, отличаются политической нестабильностью и периодически возникающими здесь гражданскими войнами.

К странам нижней группы относятся и такие государства как Индия и Пакистан, хотя обе данных страны обладают высоким научным потенциалом, полезными ископаемыми, имеют развитую промышленную базу и уже в состоянии сами производить ядерное оружие и его носители. Однако низкий уровень грамотности подавляющего большинства населения, прирост населения выше темпов экономического роста при низких показателях ВВП на душу населения не позволяют данным странам выйти за пределы нижней группы РС.

В целом, можно сделать вывод о том, что РС очень разнообразны. Некоторые из них вполне могут составить серьезную конкуренцию и развитым странам, и странам с переходной экономикой как по научно-техническому, так и по производственному потенциалу, а также по показателям общего уровня развития. Наиболее отсталые же из РС продолжают оставаться источником проблем и различных катаклизмов в мировой экономике, их приходится поддерживать всему мировому сообществу, оказывая гуманитарную и финансовую помощь. [6]

На долю развивающихся стран приходится большинство населения мира, однако их вклад в производство мирового ВВП пока достаточно скромен. Вместе с тем, прослеживается достаточно устойчивая тенденция к тому, что доля РС в мировом промышленном производстве постоянно увеличивается. Так, если в 1970-х гг. на РС приходилось около 12% мирового промышленного производства, то уже в середине 1990-х гг. соответствующая доля РС возросла до 20%. Постепенно мировое промышленное производство все активнее перемещается из стран Севера на Юг, в регион РС. Для РС характерны довольно высокие темпы экономического роста практически в два с половиной раза превышающие в 1990-х гг. рост развитых экономик мира. В частности, если в 1991-97 гг. средние темпы роста развитых стран составили 1,8%, то развивающийся мир рос со среднегодовыми темпами в 5,0%. Однако принимая во внимание чрезвычайно низкий уровень ВВП на душу населения большинства развивающихся стран, не стоит слишком идеализировать эту картину. Скорее, это является вынужденной необходимостью увеличения социально-экономических показателей РС. Заметим также, что центр экономического влияния в мировой экономике по-прежнему сосредоточен в развитых странах, а рычаги их влияния на развивающийся мир только увеличиваются.

Более-менее благоприятная для РС ситуация 1990-97 гг. объяснялась следующими причинами:

1) тенденцией к перенесению в регион РС промышленного производства из стран с развитой экономикой по соображениям:

;

  • экологии (металлургия, нефтехимическая и нефтегазовая промышленность, тяжелое машиностроение);

;

  • дешевизны рабочей силы в массовом производстве (бытовая электроника, легкая промышленность, сборочное автомобилестроение);

;

  • благоприятного налогового климата (ставки налогов для экспертной индустрии ряда РС привлекают на их территорию многие мировые ТНК);

;

  • благоприятного инвестиционного климата, собственной политики РС, направленной на привлечение иностранных инвестиций;

2) улучшение политической ситуации в ряде РС, что было связано с демократизацией политической жизни, падением диктаторских режимов, прекращением гражданских войн и прочих конфликтов;

3) благоприятной ситуацией в мировой экономике, начиная с середины 1990-х гг., вследствие начала экономического подъема в большинстве стран мира с 1993 — 1994 гг. (в регионе развитых стран, стран с переходной экономикой ЦВЕ, НИС).

Благоприятная глобальная экономическая ситуация стимулировала экспортные индустрии РС, поскольку в мире наблюдался рост потребностей в сырье, возрастал потребительский спрос в регионе развитых стран и НИС, возрастало зарубежное производство ТНК, росло кредитование РС со стороны развитого мира;

4) улучшение социально-экономической ситуации в РС. Начало и середина 1990-х гг. ознаменовалась полномасштабными экономическими реформами в странах третьего мира, которые уже начали давать свои первые результаты. Среди подобных реформ можно выделить:

;

  • структурные преобразования: завершение индустриализации (развитие обрабатывающей промышленности и модернизация добывающей индустрии), развитие инфраструктуры и отраслей нематериального производства (финансы, туризм, торговля), развитие частного сектора экономики (поддержка малых и средних предприятий, дающих до 40% экспорта РС);

;

  • жесткую финансовую политику, борьбу с инфляцией (в результате уровень инфляции во многих странах Латинской Америки, Африки, в Китае значительно снизился);

;

  • курс на интеграцию в мировую экономику, участие в мировой торговле промышленной продукцией, развитие экспортной ориентации местной промышленности.

Экономический подъем стран третьего мира дает увеличение уровня ВВР и доходов на душу населения в РС, что стимулирует развитие внутреннего спроса — немаловажный (но пока еще потенциальный) фактор экономического роста. Тем не менее из-за цикличности мировой экономики, связанной с цикличным развитием глобального капитализма, рост в регионе РС оказался не вечен. До 1997 г. ему благоприятствовала сложившаяся мировая конъюнктура, быстрорастущий спрос в бурно развивающихся странах Юго-Восточной Азии, являющихся одним из главных рынков сбыта товаров низкой степени наукоемкости, произведенных в большинстве РС. Кроме того, до половины всего ВВП РС приходится на Юго0Восточную Азию, что подтверждает тезис о неравномерности развития стран третьего мира.

В 1997-99 гг. экономический рост в странах третьего мира испытал на себе последствия мирового валютно-финансового кризиса. В результате в первые год-два после кризиса экономика наиболее пострадавших стран Юго-Восточной Азии и Латинской Америки испытала спад промышленного производства. Падение мирового спроса из-за мирового перепроизводства отдельных товаров, из-за кризисного состояния экономики стран-«драконов» и «тигров» немедленно сказалось на темпах роста большинства РС. Экспортная индустрия стран третьего мира на время прекратила свой быстрый рост, что немедленно отразилось на экономических показателях РС. Для некоторых из них (особенно для стран Юго-Восточной Азии, находившихся в эпицентре валютно-финансового кризиса) на 1997-98 гг. приходится и временный экономический спад, даже отрицательные темпы роста. Однако завершение кризиса к середине 1999 г., начавшийся рост цен на энергоносители, похоже, возвращают экономическую ситуацию в РС к уровню середины 1990-х гг., когда иностранные инвестиции и эксперт были главными факторами роста РС. [20]

Говоря об особенностях экономики РС, можно отметить то, что с колониальных времен здесь были приняты два направления развития национального хозяйства: приоритетом пользовались сельское хозяйство и добывающая промышленность, продукция которых поступала на рынки ПРС. После распада колониальной системы началось становление собственной обрабатывающей промышленности, была проведена индустриализация послевоенного периода, для которой были характерны следующие особенности:

;

  • произошло изменение производства от ориентации на обработку сырья в метрополии на обработку сырья на месте и его дальнейший экспорт в развитые страны и НИС (таким образом, зависимость от бывших метрополий как рынков сбыта по-прежнему сохраняется);

;

  • политика импортозамещения, предполагавшая производство товаров, аналогичным импортным, введение протекционистских мер и стимулирование развития национальной промышленности. Первоначально в рамках импортозамещения осуществлялось производство простых товаров потребительского назначения кратковременного пользователя (синтетические ткани, игрушки и пр.), затем стали производиться более сложные товары;

;

  • экспортноориентированная индустриализация, направленная на создание мощных отраслей национальной промышленности, выпускающей продукцию на экспорт и предполагавшая три направления:

1) текстильно-швейное производство, рост которого пришелся на 1860-80-е гг. (выпуск игрушек, галантереи, химволокна, хлопчатобумажных тканей и т.п.);

2) добывающая и тяжелая промышленность (развитие горнообогатительных предприятий, производство цемента, металлургия, химическая и нефтеперерабатывающая промышленность);

3) внутрифирменное производство в рамках ТНК, что предполагало создание предприятий обрабатывающей промышленности в виде сборочных заводов по выпуску автомобилей, бытовой электроники и электротехники.

При этом два первых направления развивались преимущественно на собственной индустриальной базе, а развитие третьего финансировалось за счет привлечения персонифицированных заемных инвестиций (ПЗИ).

Важнейшую роль в индустриализации РС в послевоенный период времени сыграли экспортированное производство и политика импортозамещения, которые дали огромный толчок к возникновению и последующему развитию собственной промышленности. Немаловажным оказалась и роль государства, государственного сектора экономики. Во многих странах третьего мира была реализована концепция этатизма, которая предполагала широкомасштабное вмешательство государства в экономику, национализацию различных отраслей промышленности и инфраструктуры; государственный контроль над промышленностью, ценами и внешней торговлей.

В небольших странах, где у власти находились достаточно мудрые правительства, действовавшие в интересах всего общества, довольно быстро ощутимыми стали грандиозные успеха такого развития. В качестве примеров здесь можно привести Кувейт, ОАЭ, Тайвань, Сингапур. Напротив, в больших по размеру и народонаселению странах, где правительства погрязли в коррупции, работая не на интересы общества, а на свой карман, политика этатизации экономики не привела к прогрессу: большинство африканских стран, Индия, Пакистан, Индонезия по-прежнему испытывают серьезные экономические трудности. В настоящее время от первоначальной этатизации национальной экономики в РС постепенно отходят, поскольку современная экономическая мысль и успехи реформ в ведущих странах мира демонстрируют преимущества не этатистской, а неолиберальной модели развития.

Под воздействием индустриализации структура экономики РС с послевоенных времен изменилась. Доля сельского хозяйства в ВВП многих РС снизилась в среднем вдвое, с до 20% (при этом аграрная специализация и около 40% вклада сельского хозяйства в производство ВВП наименее развитых стран мира остается).

Произошло увеличение доли обрабатывающей промышленности (в ряде случаев до 30% ВВП), быстрыми темпами развивается и непроизводственная сфера.

Что же касается экономических проблем РС, то их остается немало. В частности, можно выделить следующие:

  • сохраняющийся разрыв в уровне экономического развития между РС и ведущими странами мира, который оказывает влияние на неэквивалентность участия РС в международной торговле и мировой политике;
  • аграрная ориентация ряда РС и ориентация на развитие добывающей промышленности являются неблагоприятными факторами экономического роста при устойчивом падении мировых цен на сырье и сельскохозяйственную продукцию, что характерно для конца 1990-х гг.;
  • научно-техническое отставание от развитых стран, невысокая степень наукоемкости продукции РС и низкий уровень расходов на НИОКР ставят их в технологическую зависимость от ведущих стран мира, «сбрасывающих» устаревшие технологии в стране третьего мира;
  • низкая квалификация рабочей силы из-за неразвитости системы образования, неграмотности значительной части населения;
  • демографические проблемы, большой естественный прирост населения опережает экономический рост, в результате чего показатель ВВП и доходов на душу населения имеют тенденцию к снижению в большинстве стран третьего мира;
  • недостаток продовольствия и пресной воды, высокая зависимость аграрного сектора от погодных условий, а населения — от гуманитарной продовольственной помощи развитых стран (ежегодно около млн.

человек в странах третьего мира умирает от голода и недоедания);

  • экологические проблемы перенаселенности, индустриализации и экстенсивного сельского хозяйства;
  • низкий уровень социальной и рыночной инфраструктуры, слабое развитие образования и здравоохранения не улучшают демографическую и эпидемиологическую ситуацию в регионе РС, а отсутствие транспортной, телекоммуникационной и финансовой инфраструктуры не позволяет привлекать иностранные инвестиции;
  • внутренние конфликты на политической, религиозной и экономической почве, которые приводят национальное хозяйство отдельных РС в окончательный коллаж;
  • размах теневой экономики, процветание наркобизнеса, торговли оружием, людьми, терроризм;
  • финансовая зависимость РС от стран с развитой экономикой вследствие долгового кризиса РС.

Конечно, вышеназванные проблемы характерны не для всех РС, а у стран верхней группы они вообще отсутствуют. Тем не менее большинство государств третьего мира пока оказывается не в состоянии справиться с такими проблемами и выйти на новый уровень своего развития. Поэтому они, даже несмотря на свой суверенитет, оказываются в тисках современного неоколониализма, экономического и политического давления со стороны развитых стран и международных организаций, решающих проблемы развивающегося мира. В системе современного глобального капитализма развитые страны осуществляют свое технологическое, внешнеторговое, экономическое и культурное господство над третьим миром, пытаясь вестернизировать и стандартизировать РС по западному образцу цивилизации. Такая политика развитых стран все чаще находит отпор в бедных странах мира, порождая радикальный исламский фундаментализм, герилью и прочие вооруженные конфликты.

Противоречие экономических систем развитого и развивающегося мира, конечно, имеет в своей основе противоречие культур Севера и Юга. Пока невозможно предсказать главенство глобального капитализма и западной цивилизации на планете. Развивающийся мир имеет значительное численное превосходство над Севером, и его культура неуклонно проникает в западную цивилизацию изнутри вместе с волнами иммигрантов. Север все чаще оказывается у Юга в заложниках из-за возможности различных катаклизмов, назревающих в странах третьего мира. Поэтому богатому Северу, чтобы не погубить всю мировую цивилизацию, приходится все чаще делиться с Югом своим богатством, оказывая постоянно увеличивающуюся в своих размерах финансовую и гуманитарную помощь.

К сожалению, пока не во всех развитых странах, да и в странах с переходной экономикой, включая Россию, осознается угроза, связанная с индексным развитием стран третьего мира и влиянием их отсталой преимущественно деревенской культуры восточного типа на высокоразвитую городскую европейскую цивилизацию. Волна исламского фундамента угрожает довольно скоро распространиться на Европу, чему служит пример усиления позиций ваххабитов на южных границах России и постепенная утеря контроля со стороны России над Закавказьем.

Таким образом, как считает Погорлецкий, развитые страны постепенно окажутся завоеванными изнутри без всякого объявления им войны третьим миром, что приведет к так желаемой многими справедливости в распределении доходов между Севером и Югом. [14]

ГЛАВА II. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ

РАЗВИВАЮЩИХСЯ СТРАН. ОБЩИЙ ОБЗОР

Выше мы упоминали о путях экономического развития молодых суверенных государств, по которым они пошли после получения независимости. Нам думается, будет интересным рассмотреть модели развития стран Азии и Латинской Америки, предложенные Кузнецовым А.П. [9]

В современной Азии каждая социально-экономическая модель сочетает в себе традиционные и современные элементы. Экономическая основа их — самая современная и представлена рыночной или государственной экономикой (или их сочетанием).

Традиционные элементы — это своеобразная «надстройка» — особенности деятельности людей (в т.ч. трудовой), организация подобной деятельности и прочее. Наибольшую известность приобрела
японская

(или восточноазиатская) модель развития. Экономическая основа развития Японии и новых индустриальных стран (НИС) Восточной и Юго-Восточной Азии на начальных этапах практически одинакова. Японская модель, частично трансформированная, принята на вооружение другими странами. Конечно, нельзя считать эти пути совершенно идентичными, так как отдельные страны обладают различным экономическим потенциалом и находятся на разных векторах социально-экономического развития. Хозяйственное развитие этих стран базируется на четырех основных принципах:

1. Жесткое государственное регулирование экономики, т.е. мобилизация всех ресурсов для решения приоритетных задач.

2. Ярко выраженная экспортная ориентация экономики для создания мощного фонда накоплений и инвестиций.

3. Широкое привлечение иностранного капитала (в первую очередь для развития НТП).

По мере развития многие страны сами становятся экспортерами (Япония).

4. Создание крупных национальных монополий, имеющих возможности для постоянного улучшения качества продукции и конкурентной борьбы на внешних рынках.

Перечисленные выше принципы не являются «изобретением» восточно-азиатским стран, они опробованы во многих странах с рыночным хозяйством. «Чисто» восточно-азиатский инструмент данной модели — широкое использование психологических (в т.ч. поведенческих) традиций населения, сформировавшихся в сложных природных и исторических условиях на базе философских, религиозных и моральных ценностях.

К важнейшим «трудовым качествам» местного населения относятся: исключительное трудолюбие, жесткая дисциплина, удивительная аккуратность, настойчивость и терпение, выраженные в стремлении довести начатое дело до конца, минимальные материальные потребности (у людей доминируют другие жизненные ценности), ярко выраженное чувство коллективизма (в противовес западному индивидуализму).

В экономике восточно-азиатских стран используются принципы конфуцианской морали, преданность работодателю и строгую систему подчинения и старшинства, понимание своего места. В Японии сложилась своя школа современного менеджмента, отличающаяся высокой эффективностью. Попытки механического переноса японской системы управления в западные страны (с другой социальной средой) не дают такого эффекта, как в восточно-азиатских государствах.

Кроме японской модели развития, которую подробнее мы рассмотрим ниже на примере Малайзии, выделяют
социалистическую азиатскую модель развития.

Для нее характерно использование принципов организации государственной социалистической экономики при «политическом прессинге». В Азии получили развитие такие социалистические модели развития, как «автарктическая» и «зависимого развития» (не считая советской).

Первая из них сложилась в КНДР и представляет собой вариант концепции опоры на собственные силы, а по существу, — замкнутости и изолированности от мирового хозяйства.

Вторая модель была характерна для Монголии, Вьетнами, Лаоса, хозяйство которых практически полностью зависело от советской экономики. «Политический паразитизм» приводил в этом случае к постепенной деградации производства в условиях отсутствия хозяйственных стимулов и конкуренции. В начале 90-х гг. Вьетнам (и частично Лаос) взял на «вооружение» восточноазиатскую модель развития и поставил перед собой задачу превратиться в новые индустриальные страны. Монголия, в расчете на свои богатые ресурсы, также идет для себя новое место в мировой экономике.

Уникальна
китайская

модель, так называемого «третьего пути». Она представляет собой симбиоз рыночной экономики с центральным планированием и старой политической надстройкой. К несомненным достоинствам китайской модели относится сохраняющаяся политическая стабильность без серьезных видимых конфликтов и военных катаклизмов, быстрый рост уровня жизни населения в отдельных районах и др. Большинство экономистов, однако, считают, что подобное «сидение на двух стульях» невозможно в течение продолжительного времени, а «базис» и «надстройка» должны более соответствовать друг другу.

Модель развития стран — экспортеров нефти получила классическое развитие в Юго-Западной Азии. Страны, относящиеся к этой группе, формируют свое хозяйство на базе добычи и экспорта нефти или продуктов ее переработки. По мере развития практически во всех странах происходит усложнение национального хозяйственного комплекса в результате создания производственных мощностей по углубленной переработки нефти, выпуску химической и энергоемкой продукции (черные и цветные металлы).

Формируется довольно современная нематериальная сфера (финансы, образование и пр.).

Многие страны-экспортеры нефти имеют довольно высокий уровень жизни населения (Кувейт, Саудовская Аравия, ОАЭ, Оман и др.).

[11]

Интересна модель социально-экономического развития Индии —
господство государственного сектора

в экономике. Активное участие государства в экономической жизни общества имеет свои особенности и последствия. Ниже мы подробнее рассмотрим эту модель.

Итак, можно сделать вывод, что главная особенность большинства экономик азиатских стран — большая доля обрабатывающей промышленности в валовой продукции и экспорте страны. Азиатские страны изначально ориентировали развитие своей обрабатывающей индустрии на внешние рынки, придавая ей ярко выраженную экспертную направленность. [4]

Латиноамериканские страны сначала пошли другим путем, поставив для себя задачу удовлетворения внутренних потребностей собственным производством. По сравнению с азиатскими странами, латиноамериканские имели большую численность населения, более крупные масштабы экономики, т.е. обладали значительным внутренним рынком. Подобный тип индустриализации получил наименование
«импортозамещения»,

т.е. замены импортных товаров отечественными на внутреннем рынке. В 60-х — начале 70-х гг. импортозамещение (вместе с другими факторами) дало возможность Латинской Америке стать одним из самых динамично развивающихся районов мира. Постепенно модель импортозамещения была заменена на новую модель — экспортоориентированную
. Постепенная интеграция,, развитие процессов транснационализации, приватизация ранее убыточных государственных предприятий (работавших ранее в «тепличных» условиях) дали свои результаты. Экспортная ориентация «подстегнула» экономическое развитие.

Более подробно мы рассмотрим модель господства государственного сектора на примере Индии, японскую модель развития на примере НИС «второй волны» Азии и модели развития НИС Латинской Америки.

2.1 Господство государственного сектора в экономике Индии

Индия — развивающаяся аграрно-индустриальная страна. По типологии ученых-географов МГУ ее относят к группе «ключевых развивающихся стран», обладающих огромным ресурсным и людским потенциалом, интенсивно развивающих свою индустрию и играющих все более заметную роль в мировой экономике.

Индия — федеративная республика. Действует конституция 1950 г. Индия располагает значительными природными ресурсами: крупнейшие в мире запасы железной руды, богатые месторождения бокситов, марганцевой руды, листовой слюды, хрома, графита, берилла, титана. Из энергетических ископаемых наибольшее значение имеют каменный уголь. Собственной нефтью Индия обеспечивает себя лишь наполовину. За последнее время были открыты новые месторождения в Ассане, Гуджарате и в зоне континентального шельфа Аравийского мора к северу от Мумбая. [1]

Государственный сектор играет важную роль в развитии национальной экономики Индии, обеспечивая производство 39% промышленной продукции. На долю государственных предприятий приходится 100% добычи и переработки нефти, 98% добычи каменного угля, 94% выработки электроэнергии, 80% производства стали. Госсектор занимает ведущие позиции в таких областях, как оборонная промышленность, атомная энергетика, транспорт, связь. Частный сектор преобладает в машиностроении, сельском хозяйстве, легкой, пищевой и медицинской промышленности, строительстве, торговле, автомобильном транспорте.

В результате модернизации и либерализации экономики она имеет многоотраслевой промышленный комплекс, продуктивное сельское хозяйство и современный научно-технический потенциал. В рамках политики финансовой стабилизации Индия провела поэтапную девальвация рупии (наиболее крупная — на 23% — в 1991 г.) [1]. С 1991 г. правительство осуществляет политику экономической либерализации. В регулировании экономики центр тяжести переносится на использование рыночных рычагов и методов управления, существенно расширена сфера деятельности частного сектора. Происходит соответствующая переориентация инвестиционной политики. Привлекаются иностранные капиталовложения с целью ускоренного технического перевооружения и модернизации индийской экономики.

Индия продает главным образом сельскохозяйственное и промышленное сырье, продовольственные и текстильные товары, драгоценные камни и изделия из них, машины и оборудование, металлоизделия.

Одним из самых высокоприбыльных направлений экспертной стратегии Индии стали поставки на мировой рынок высококачественных компьютерных программ.

Возрастает удельный вес сферы обслуживания. Все больше индийцев работает в туризме, банковском деле и на предприятиях связи [18].

«Коридоры роста» и промышленные новостройки в Индии.

Территориальная структура хозяйства (ТСХ) Индии сильно отличается от ТСХ большинства развивающихся стран с их обычно гипертрофированным столичным «фокусом» и отсталой периферией. Это объясняется многими причинами, среди которых — масштабы страны, особенности ее исторического развития, достижение известной «зрелости» территориальной структуры и сетки экономических районов. Большую роль в региональном развитии страны играет также ее административно-территориальное устройство, поскольку правительства отдельных штатов обладают достаточно широкими полномочиями и в экономической сфере (использование природных и трудовых ресурсов, руководство средней и мелкой промышленностью, сельским хозяйством, дорожное строительство и др.).

[14]

Еще до Второй мировой войны в Индии сложились три главных центра экономического развития, служившие одновременно морскими воротами страны — Бомбей (ныне Мумбаи), Калькутта (теперь Колката) и Мадрас (ныне Ченнаи), производившие ? всей продукции фабрично-заводской промышленности. Эти портово-промышленные центры вызвали экономический подъем и на прилегающих к ним территориях. От них еще во второй половине XIX — первой половине ХХ в. были проложены так называемые линии проникновения — железнодорожные магистрали, идущие во внутренние районы страны. Так было положено начало формированию основного каркаса территориальной структуры хозяйства Индии.

После завоевания независимости становление этого каркаса продолжалось. Дальнейшее развитие получили Бомбей, Калькутта и Мадрас, четвертым общенациональным центром стала столица — Дели. Как уже было отмечено, четыре этих города образуют теперь четыре самые крупные агломерации Индии. А бывшие «линии проникновения» сомкнулись между собой. Основу их образуют двухпутные железнодорожные магистрали широкой колеи, на отдельных участках продублированные также другими транспортными линиями и превратившиеся тем самым в полимагистрали.

В результате костяк ТСХ Индии приобрел форму огромного четырехугольника, вершины которого образуют Дели, Мумбаи, Колката и Ченнаи, а стороны и широтную диагональ — относительно узкие экономические полосы, которые Г.В. Сдасюк назвала «коридорами роста». Они обеспечивают создание хозяйственного комплекса Индии уже не на региональном, а на общегосударственном уровне. [см. Приложение 1]

Особое значение четырех главных центров и «коридоров роста» заключается в том, что в годы индийских пятилеток — благодаря выгодам ЭГП, наличию хорошей инфраструктуры и некоторым другим причинам — именно они в первую очередь притянули к себе главные промышленные новостройки страны. Многие из них были созданы при экономической и технической помощи бывшего СССР, многие — при помощи стран Запада.

Рассмотрим сначала «коридор роста» Дели — Колката. При этом прежде всего нужно отметить возрастание роли Делийского промышленного узла, включающего теперь в себя и такую крупную новостройку, как завод тяжелого оборудования в Хардваре. В средней части этого «коридора» возник важный топливно-энергетический комплекс Риханд-Синграули (добыча каменного угля, ТЭС).

Но наибольшее развитие получил его южный отрезок, где был построен нефтеперерабатывающий завод в Барауни, расширен металлургический завод в Бурнпуре до мощности в 1 млн. т. стали в год, а главное — возникли промышленные центры в Бокаро и Дургапуре. Оба они расположены в долине р.Дамодар. Эта небольшая река длиной 300 км, протекающая по территории штатов Джаркханд и Западная Бенгалия и перегороженная платинами, широко известная в Индии благодаря богатству данного района полезными ископаемыми, в особенности каменным углем. На его угольный бассейн и ориентируется прежде всего металлургический комбинат в Бокаро, который в период сооружения был самым крупным строительным объектов за всю историю Индии. В соответствии с соглашением 1965 г. между Индией и СССР его первоначальная мощность была определена в 1,7 млн. т металла в год. Но после сдачи в эксплуатацию второй очереди (три доменные печи, слябинг и стан холодной прокатки) она достигла 4 млн. т — с перспективой дальнейшего расширения. На комбинате заняты тыс. рабочих и служащих.

Дургапур выгодно расположен в месте пересечения судоходного канала с железнодорожной линией, что создает благоприятные предпосылки для развития здесь многих отраслей промышленности. В конце 1940-х гг., на этом месте была небольшая деревня. Затем здесь были построены сначала электростанция, затем коксохимический и, наконец, с помощью английских фирм — металлургический завод (выплавка 1,8 млн. т стали в год).

Уже на основе этой промышленной структуры был возведен крупнейший в стране завод горно-шахтного оборудования.

В «коридоре» Колката — Ченнаи главным событием стало создание нового индустриального центра — Вишакхапатнана, чему способствовали выгоды его ЭГП и расширяющееся освоение минерально-сырьевых и энергетических ресурсов тяготеющих к нему территорий. Здесь уже работают нефтеперерабатывающий завод, завод минеральных удобрений, судоверфь. Но основным ядром промышленного узла стал комбинат черной металлургии — самое новое и современное предприятие такого рода в Индии (две домны объемом по 3200 м
2

, два кислородно-конвертерных цеха, установка непрерывной разливки стали).

Первая очередь этого комбината имеет мощность 3,2 млн.т. Он являет собой пример единственного в Индии металлургического предприятия, расположенного в морском порту и ориентированного не только на внутренние, но и на внешние связи. Поблизости от Вишакхапатнама находятся залежи железной руды с большим содержанием металла, карьеры доломита и известняка.

«Коридоры» Ченнаи — Мумбаи и Мумбаи — Дели получили пока несколько меньшее развитие, хотя во втором из них уже функционируют НПЗ в Койяли и Матхуре, крупный машиностроительный завод в Кота. Но самым недоразвитым в промышленном отношении до сравнительно недавнего времени был «коридор» Мумбаи — Колката. Однако в годы последних пятилеток он превратился в едва ли не наиболее перспективный в стране «коридор роста».

В первую очередь это относится к его восточному отрезку, пересекающему плато Чхота Нагпур в штате Бихар — самый богатый полезными ископаемыми район Индии. Территориальное сочетание ископаемых здесь образуют залежи каменного угля, железной руды, бокситов, урана, слюды, руд цветных металлов. Освоение минеральных ресурсов этого района началось еще перед Первой мировой войной в юго-восточной части плато, где крупный индийский промышленник Джаммеджи Тата построил первый в стране металлургический завод, вскоре обросший предприятиями тяжелого машиностроения. Так возник г. Джамшедпур — главная резиденция монополистической группы «Тата». И ныне комбинат «Тата айрон стил» — единственный из шести металлургических комбинатов полного цикла в Индии, находящийся в частном секторе. [5]

В последние десятилетия к северо-западу от Джамшедпура, в центре плато и одновременно в верховьях р. Дамодар, возникли еще два очень крупных предприятия. Это уже упоминавшийся металлургический комбинат в Бокаро и тесно связанный с ним завод тяжелого машиностроения в Ранги. Но еще большее развитие полуичла полоса, непосредственно примыкающая к железной дороге Колката — Мумбаи, где были построены два крупных металлургических комбината: в Роуркела мощностью около 1 млн. т в год с помощью ФРГ и в Бхилаи — с помощью СССР.

Соглашение с Индией о сооружении комбината в Бхилаи мощностью 1 млн. т было заключено еще в 1955 г. Затем его мощность последовательно увеличивалась сначала до 2,5, потом до 4,2 млн.т стали. Только за первую четверть века своей работы этот комбинат произвел около млн. т стали и млн. т проката, которые нашли большой спрос как в хозяйстве самой Индии, так и во многих других странах. Рядом с комбинатом вырос новый город Бхилаинагар. Строительство Бхилайского комбината в юго-восточной части штата Мадхья — Прадеш являет собой пример создания крупного «полюса роста» в одном из наиболее отсталых районов Индии. Другим подобным «полюсом» вполне можно считать расположенный к северу от Бхилаи алюминиевый комбинат в Корба.

Все это свидетельствует о той роли, которую играют «коридоры роста» в модернизации территориальной структуры хозяйства Индии. Однако этот процесс еще далеко не закончен. Многие районы и даже целые штаты, находящиеся за пределами таких «коридоров», еще сильно отстают в своем развитии. [10]

Итак, можно сделать вывод, что экономическое развитие Индии тоже представляет определенную загадку, парадокс. С одной стороны, Индия — одна из богатейших стран мира по запасам полезных ископаемых. Здесь есть уголь, железо, марганец, бокситы, слюда титан, хромит, золото, газ, нефть, каучук. Сельскохозяйственные угодья охватывают 55% территории. Индия — одна из древнейших в мире цивилизаций, вторая — по численности населения страна мира. Индийские ученые и программисты — одни из самых авторитетных в мире, страна запускает спутники, обладает ядерным оружием. Вместе с тем Индия относится к беднейшим государствам планеты по уровню развития своей экономики. Величина ВВП на душу населения здесь едва превышает 300 долларов в год, грамотны только 52% граждан. В Индии проживает 2/3 беднейших людей планеты. Экономика страны преимущественно аграрно-индустриальная (сельское хозяйство дает 31% ВВП, промышленность — 27%, услуги и общественный сектор производят 41% ВВП. [2]

Каковы же причины того, что достаточно развитая в промышленном отношении страна, самостоятельно производящая ракеты и программное обеспечение (город Банголор — один из крупнейших в мире центров по экспорту программного обеспечения), имеющая исследовательские центры крупнейших мировых ТНК на своей территории (в том числе центр компании Daimler-Chrysler), находится на столь плачевных позициях? Для ответа на данный вопрос мы и проанализируем особенности индийского пути развития.

Прежде всего, следует признать довольно резкие контрасты регионального развития Индии. Индийский Север оказался вне влияния западной цивилизации, здесь действуют местные обычаи, сложилась культура, которая тормозит промышленное развитие. Напротив, на Юге страны современная культура формировалась под влиянием британцев, и даже официальный язык здесь — английский. Противоречия существуют и в промышленном развитии Запада и Востока Индии. На Западе приоритет имеет легкая промышленность, основой которой является частный бизнес. В развитии предприятий легкой промышленности здесь наблюдается значительный прогресс. На Востоке еще с 1950-х гг. интенсивным образом развивалась тяжелая и добывающая промышленность (металлургия, добыча железа и угля).

Эти отрасли, став неконкурентоспособными, приходят в упадок. Из-за диспропорций регионального развития происходит достаточно резкая дифференциация Индии на бедные и богатые штаты. [4]

Также как и все многонаселенные страны Индия страдает от демографических проблем, связанных с быстрым ростом своего населения. Темпы роста населения превышают 2% в год, что выше, чем в Китае. Наряду с проблемой демографической существует проблема национальная, связанная с кастовостью индийского общества, религиозными различиями. В отличие от соседних Китая или Пакистана индийское общество неоднородно, с чем связаны многочисленные национальные и религиозные конфликты, довольно часто случаются и террористические акты.

На рассмотренные диспропорции развития Индии отрицательное воздействие оказала экономическая политика послевоенного периода, проводимая в стране с 1950-х гг. Дело в том, что после объявления Индии независимым государством, был разработан собственный путь развития. В его основе лежали три принципа: национальная гордость, предупреждение и надежда на самообеспечение. Такова и была экономическая доктрина Индии в течение первых сорока лет самостоятельности.

Национальная гордость порождала уверенность в том, что приоритет производства средств производства и стабильность коэффициентов капиталоемкости выведут Индию из отсталости. Независимость от Великобритании означала также и независимость Индии от внешнего мира. Расчет здесь делался на собственные сырьевые ресурсы и производство собственного оборудования.

Предубеждение характеризовалось тем, что поскольку в 1960-е гг. считалось, что рынок определяется преобладанием производства сырья и сельскохозяйственных продуктов, то была выбрана неверная посылка относительно значимости экспорта. Индийцы предложили, что экспорт, который уже был в XIX веке мотором глобального роста, в новых условиях развития потерял свою силу, особенно для стран производителей сельскохозяйственных продуктов и сырья. Поэтому доля индийских товаров, поступающих на экспорт, постепенно сокращалась. Возникший как следствие экспертной стратегии страны кризис платежного баланса (1957 г.) вызвал необходимость введения контроля импорта. Импортные тарифы после этого возросли до 200-400% таможенной стоимости товара. Были также введены контроль производства сельскохозяйственных продуктов, контроль инвестиций. Контроль на внутреннем рынке допускал к импорту только непроизводимые в Индии товары.

Самообеспечение было связано с ограничением импорта, политикой импортозамещения. Ограничение импорта на деле привело к падению конкурентоспособности индийских товаров, неэффективности внутреннего производства, дефициту. Импортозамещение по-индийски предполагало рост экономики на основе внутреннего спроса, однако внутренний спрос был ограничен низким уровнем платежеспособности населения.

Политика импортозамещения, проводившаяся в Индии в 1950-80-е гг. обошлась экономике страны довольно дорого:

  • в 1959 — гг. наблюдался заметный спад в импортозамещающих отраслях;
  • активизировался теневой сектор экономики, процветали коррупция, организованная преступность и контрабанда;
  • наблюдалась утечка капитала за рубеж.

Экономическая система Индии на деле сочетала в себе пороки социализма и капитализма. От социализма Индии достались такие отрицательные черты как закрытость экономики от внешних рынков, политика этатизма и попытка введения полной занятости. От капитализма — отсутствие социальных гарантий населению, большинство которого — малоимущие. [14]

Индийский этатизм означал национализацию основных отраслей хозяйства, тотальное планирование социально-экономического развития, индустриальную гигантоманию, финансирование развития за счет займов и накопления государственного долга, а также фактическое удушение частного сектора. По отношению к частному сектору применялись квоты и тарифы в торговле, ограничение доступа к иностранной валюте, контроль за использование земли. При этом стоит отметить, что именно кустарный частный сектор производит в Индии большинство потребительских товаров: текстиль, одежду, обувь, предметы длительного пользования. Идея полной занятости вытекала из учения Ганди о достоинствах деревенской экономики. Считалось, что в экономике страны необходима полная занятость, а не высокая производительность труда. Таким образом, этатизация экономики стала главным тормозом на пути экономического роста страны, так как громоздкий и неэффективный общественный сектор тянул национальное хозяйство страны назад.

Результатом политики 1950-1980-х гг. стала как общая, так и технологическая отсталость Индии. В стране наблюдался крайне низкий жизненный уровень, а технологии были просто недоступны полукустарному частному сектору. Произошел кризис модели государственного регулирования экономики, неэффективность государственного сектора привела к росту теневой экономики, расцвету коррупции. Неслучайно в начале 1990-х гг. стала очевидна необходимость проведения в стране экономических реформ.

Индийским реформатором начала 1990-х гг. стал премьер-министр Нарасимха Рао. Н. Рао считался неплохим ученым и умелым политиком, однако его приход на пост премьер-министра стал по существу случайным (он возглавлял Индию после убийства в 1991 г. Раджива Ганди).

Основой реформ стали 3 постулата:

1. свобода частному сектору экономики, разгосударствление;

2. открытость экономики для внешних рынков;

3. реформа государственных финансов (включая налоговую реформу — сокращение ставок подоходных налогов, введение аналога НДС).

Программа реформ, начатых с 1991 г., предполагала переход к открытой либеральной экономике и включала:

  • отмену лицензирования в промышленности;
  • отмену импортных ограничений (отмена квот и снижение импортных тарифов);
  • отмену государственного контроля за ценами, возврат к рыночному ценообразованию;
  • отмену и рационализацию таможенных пошлин и правил;
  • отмену системы государственных субсидий и субвенций;
  • реформу банковской и финансовой системы;
  • сокращение государственных расходов и бюджетного дефицита;
  • привлечение иностранных инвестиций (свободный импорт сырья и инвестиционных товаров, привлечение кредитов МВФ);
  • введение конвертируемости рупий.

В качестве первых ощутимых успехов реформ можно отметить двукратное снижение субсидий и субвенций из государственного бюджета, довольно высокие темпы экономического роста. Так, в 1996 г. темпы роста индийской экономики составили 6%. Основными факторами этого роста были инвестиции в наиболее эффективные сектора национальной экономики (в том числе прямые зарубежные инвестиции) и экспорт (рост экспортной индустрии начался после девальвации рупии).

Низкими (на уровне 10% в год) остаются темпы инфляции.

Однако реформы идут медленнее, чем ожидалось. Проблемы у современной индийской экономики следующие:

  • низкое качество товаров;
  • барьеры на пути структурных преобразований в виде противостояния государства и частного сектора;
  • остается низкий уровень потребления на душу населения, причем не только из-за низкого уровня доходов, но и в виду недопроизводства общественных товаров и услуг (перебои со снабжением водой и электроэнергией и т.п.);
  • низкая производительность труда из-за низкого образовательного уровня (низкая стоимость индийской рабочей силы порядка долл.

в месяц на деле не дает конкурентных преимуществ из-за низкой квалификации таких работников);

  • остается значительная дифференциация населения по доходам, социальному и религиозному принципу, что ведет к сепаратизму и религиозным столкновениям;
  • сохраняется коррупция в экономике.

Несмотря на свои реформы, в XXI век Индия вступает самой бедной страной Азии, причиной чего являются ее недавняя замкнутость и огосударствление экономики. [14]

2.2 Новые индустриальные страны зарубежной Азии: общая

характеристика. Японская модель развития (на примере Малайзии)

Возникновение новых индустриальных стран (НИС) в зарубежной Азии — настолько важное и неординарное явление современности, что анализу его посвящена обширная отечественная и зарубежная литература. До недавнего времени к числу таких стран и территорий относили четырех азиатских «тигров» — Республику Корею, Сингапур, Гонконг и Тайвань. Теперь их называют НИС «первой волны». А к странам «второй волны» относят Малайзию, Тайланд, Филиппины и приближающуюся к ним Индонезию.

Еще в середине ХХ в. роль этих стран в мировой политике и экономике была, можно сказать, третьестепенной. Но затем они стали более активно и последовательно осуществлять политику «догоняющего развития». При этом своего рода образцом, эталоном для них послужил опыт Японии, или, иными словами,
японская модель развития

. Не случайно говорят, что НИС Азии полетели за Японией «журавлиным клином» или «стаей летящих гусей». А академик Н.Н. Манеев образно назвал Японию «спусковым крючком» ускоренного развития, причем не только для этих стран, но и для всего Азиатско-Тихоокеанского региона. Иногда, правда, различают северную (страны «первой волны») и южную (страны «второй волны») модели. Но общего между ними больше, чем различий. И в том, и в другом случае они привели — как в Японии — к настоящему «экономическому чуду». В результате Республика Корея и Сингапур уже обрели официальный статус экономически развитых государств, причем Республика Корея вошла в избранный клуб стран — членов Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР).

Действительно, за последние три-четыре десятилетия азиатские «тигры» совершили настоящий прыжок от отсталости к гораздо более высокому уровню развития. Он нашел свое выражение в достижении едва ли не самых высоких в мире темпов прироста ВВП, которые составили в 1960-1980-х гг. 6-13% в год, в первой половине 1990-х гг. — 6-9% и только во второй половине 1990-х гг. заметно снизились.

Благодаря таким высоким темпам во всех этих странах возросли показатели общего объема ВВП.

Таблица 2 Общий объем ВВП в НИС Зарубежной Азии в конце 1990-х гг.

Страна

ВВП, млрд. долл. (по официальному курсу валют)

Место в мире

Республика Корея

О.Тайвань

Сянган

Тайланд

Индонезия

Сингапур

Малайзия

Филиппины

400

260

160

132

131

Источник: Максаковский В.П. Географическая картина мира. Т.2, 2002.

Таких впечатляющих успехов НИС Азии добились в первую очередь благодаря осуществлению политики индустриализации. При этом приоритеты в ее проведении не остались неизменными. Индустриализация началась здесь в 1950-е и с легкой, в первую очередь, текстильной промышленности. В 1960-1970-е гг. акцент сместился в сторону отраслей тяжелой промышленности, а еще позднее приоритет был отдан более трудоемким и наукоемким производствам (электроника, электротехника, новые конструкционные материалы).

В известной мере можно утверждать, что НИС Азии прошли тот же путь, что и развитые страны Европы, США, Япония, но проделали его во много раз быстрее. Именно в этом в значительной мере заключается смысл самого понятия «новая индустриализация». [см. Приложение 2]

Одновременно изменялись и внешнеэкономические приоритеты этих стран. На начальном этапе индустриализации они ориентировались на импортозамещающую модель экономики. Курс на замену импорта собственным производствам сопровождался защитой национальной промышленности от конкуренции со стороны импортных товаров. На втором этапе произошел переход к экспортированной модели экономики, когда НИС начали ориентироваться сначала на производство рядовых (металл, некоторые виды машин, химикатов), а затем значительно более высокотехнологичных изделий для внешних рынков. Переход к такой экономике открытого типа потребовал, как отмечают экономисты, соединения усилий трех заинтересованных сторон: национальной буржуазии, государства и иностранного капитала. Под влиянием государства сформировался крупный государственный сектор экономики, как правило, включающий в себя энергетику, транспорт, горнодобывающую промышленность.

В результате в хозяйстве НИС Азии произошла значительная структурная перестройка. Так, в Малайзии и Таиланде доля промышленности в создании ВВП увеличилась с 1980 по 2000 г. соответственно с 38% до и с до 40%. Примерно такие же показатели характерны для Республики Корея и Индонезии, и только в Сингапуре доля промышленности составляет 34%. Ныне по общим размерам промышленного производства Республика Корея занимает 11-е место в мире (перед Россией), а по размерам отрабатывающей промышленности — 10-е. Тайвань находится соответственно на 18-м и 14-м местах, Индонезия в обоих случаях — на 24-м, Таиланд — на 20-м и 23-м. А доля сельского хозяйства в ВВП, не говоря уже о Сингапуре, где его практически нет, уменьшилась до 5% в Республике Корея и 10-15% в остальных странах. [11]

С течением времени главной «визитной карточкой» большинства НИС Азии стала электронная промышленность: их доля в мировой продукции этой отрасли еще в 1990 г. превысила ?. Сам профиль электронного производства также постепенно видоизменялся. НИС Азии начали с выпуска дешевой массовой продукции (электронные часы, микрокалькуляторы, видеоигры и пр.), затем перешли к выпуску более сложных изделий (цветные телевизоры, видеомагнитофоны) и, наконец, персональных компьютеров. Одновременно стало изменяться соотношение между бытовой и промышленной электроникой в пользу последней. Еще важнее то, что по мере развития НИС стал происходить переход от сборки электронной аппаратуры из американских, японских, европейских деталей к созданию собственного интегрированного производства, охватывающего все основные технологические стадии. Важно отметить, что при этом сохраняется определенная производственная специализация отдельных стран. Например, по производству радиоприемников особо выделяются Малайзия и Сингапур, телевизоров — Республика Корея, портативных персональных компьютеров и ноутбуков — Тайвань.

Среди многих факторов, которые способствовали структурной перестройке экономики НИС Азии на более высокотехнологичной основе, прежде всего заслуживает внимания фактор трудовых ресурсов. Не располагая значительными природными ресурсами эти страны сделали главную ставку на свои большие трудовые ресурсы, к тому же все время пополняющиеся благодаря довольно высокому естественному приросту населения. Именно дешевизна трудовых ресурсов (стоимость рабочей силы в НИС Азии в 3-4 раза ниже, чем в экономически развитых странах) в значительной мере и привлекла сюда западные ТНК. Тем более что рабочая сила в этих странах оказалась не только дешевой, но и дисциплинированной, а также достаточно квалифицированной.

Это последнее ее качество в первую очередь связано с уровнем образования. В самом деле, все НИС обеспечили свой прорыв во многом благодаря тому, что ввели всеобщее среднее образование, подняли уровень общей и профессиональной подготовки до современных стандартов. Приоритетность образования среди всех государственных проблем привела к настоящему «образовательному взрыву», изменившему качество трудовых ресурсов. Вот почему вполне можно согласиться с А.П. Лиферовым, написавшим о том, что в основе «экономического чуда» НИС Азии лежит именно приоритет образования — причем не декларированный, а вполне реальный.

Эти страны выделяют на нужды образования от 2,5 до 4,5 % ВВП, что с учетом общих объемов их ВВП составляет довольно внушительные суммы. В результате они уже приблизились к уровню полной грамотности? еще в начале 1990-х гг. охват детей базовым образованием достиг 90%.

Высокий уровень образования положительно влияет и на такой важный синтетический показатель, как индекс человеческого развития (ИЧР), хотя по его уровню Сингапур, и Республика Корея пока еще входят только в третью десятку стран мира, а Таиланд и Филиппины — в шестую.

Ко всему сказанному остается добавить, что затраты на НИОКР в четырех странах «первой волны» составляют 1-2% ВВП, и это ставит их на порядок выше других развивающихся стран, приближая к государствам Запада. Перенимая западный опыт, они пошли по пути создания индустриальных и научных (технологических) парков и технополисов. К середине 1990-х гг. такие технополисы имелись уже в большинстве НИС Азии. [см. Приложение 3]

Ярким примером подобного рода можно считать самый крупный в НИС Азии научно-промышленный парк Синьчжу на Тайване, расположенный в км к юго-западу от его столицы г. Тайбэй. Научной опорой здесь служат два университета, а производственной — более десяти фирм, работающих в сфере высоких технологий. Другой пример — крупный научно-промышленный центр Пинанг в Малайзии, расположенный на одноименном острове у западного побережья страны. Этот остров не случайно стали называть силиконовым, поскольку предприятия парка специализируются на производстве полупроводниковых плат, или чипов. Без них теперь не обходятся компьютеры, телевизоры или магнитофоны, выпускаемые во многих странах мира. Третий пример — научно-производственный парк Сингапура, объединивший государственных НИИ и промышленных корпораций.

Еще одна очень важная общая черта, характерная для этой группы стран, заключается в открытости их экономики, ее глубоком врастании в международное географическое разделение труда. Еще в конец 1980-х гг. доля четырех НИС «первой волны» в общем промышленном экспорте развивающихся стран достигла 55%. В конец 1990-х гг. по доле во всем мировом экспорте Республика Корея занимала 14-е место (более 2%), превосходя многие развитые страны, включая и Россию. Остальные НИС оказывались между 15-м и 25-м местами при доле от 0,75 до 1,5%. К этому нужно добавить, что страны «первой волны» помимо рынка электроники вышли также на мировой рынок автомобилей, электрооборудования, морских судов, станков, некоторых видов вооружения и других технически сложных видов машиностроительной продукции. Они сумели укрепить свои позиции на рынках многих изделий химической и легкой промышленности. Одной из основ экономической стратегии всех четырех НИС «первой волны» были и остается ориентация на максимальное привлечение иностранного капитала. С этой целью их правительства пошли на ослабление соответствующих ограничений, а подчас даже не приближение условий деятельности иностранных филиалов и дочерних компаний к режиму, принятому для национальных фирм. В 1970-1980-е гг. особое место в этой политике стало занимать создание свободных экономических, или экспертных, зон — территорий, на которых иностранные предприниматели пользуются преимуществами административного и финансового характера, где необходимая инфраструктура предоставляется им по сниженным тарифам и ограничивается деятельность профсоюзов. В настоящее время такие зоны действуют в Республике Корея, в Индонезии, на Тайване, Филиппинах. В большинстве случаев они представляют собой экспортные промышленные зоны (ЭПЗ).

Накопленное новыми индустриальными странами Азии богатство реализуется и в виде создания золотовалютных резервов (особенно в Республике Корея и на Тайване), и в форме инвестиций в собственную экономику, хотя некоторые из ее проектов носят откровенно амбициозный характер.

Однако в 1997 г. поступательное развитие азиатских «тигров» было внезапно нарушено валютно-финансовым кризисом, фактически переросшим в общий экономический кризис. Подобное здесь случалось и раньше, но кризис 1997 — 1998 гг. оказался особенно глубоким. Финансовый кризис начался в июле 1997 г. резким падением курса таиландского бата. Вслед за этим сразу же произошли обвалы национальных валют Малайзии, Индонезии и Филиппин, а к концу года кризис достиг Республики Корея, затронул и Японию. Но, пожалуй, наиболее сильно пострадала от него Индонезия, где валюта обесценилась на 75%. Одновременно, резко снизились показатели прироста ВВП и промышленного производства. В большинстве стран сальдо торгового баланса стало отрицательным. Началось массовое изъятие вкладов населения из банков и перевод сбережений в валюту. Банкротства охватили тысячи фирм. К числу экстраординарных антикризисных мер можно отнести и такую: каждая четвертая южно-корейская семья, чтобы помочь государству в преодолении кризиса, сдала свои ценности, причем на два с половиной месяца было собрано 225 т золота.

После возникновения этого кризиса многие аналитики пытались установить его причины. Среди них обычно называют некоторые несовершенства экономической модели азиатских НИС — например, такие, как чрезмерное увлечение экспортом в ущерб внутреннему рынку, привязку курсов национальных валют к доллару («долларизация») и др. Можно добавить, что в условиях глобализации последствия этого кризиса ощутили на себе не только государства Юго-Восточной и Восточной Азии, но и многие другие. Например, экспорт товаров из США в страны Азии, который до кризиса составлял 30% всего экспорта этой страны, значительно сократился, тем самым еще более увеличив дефицит ее торгового баланса. Кризис привел также к крупным политическим потрясениям, включая смену власти, которая произошла в Индонезии.

После кризиса некоторые специалисты стали утверждать, что в пересмотре нуждается и сама модель развития НИС Азии, основанная на экспортной ориентации экономики. Действительно, по мере роста квалификации трудовых ресурсов, повышения уровня зарплаты производимые в НИС Азии товары делаются более дорогими и теряют былую конкурентоспособность на мировых рынках. В первую очередь все это относится к НИС «первой волны». Неудивительно, что многие более простые и массовые производства уже начали перемещаться из них в НИС «второй волны». Тем более, что в странах «первой волны» главную роль в создании ВВП начинает играть уже не промышленность, а сфера услуг. [11]

Рассмотрим особенности японской модели развития на примере одной из НИС Юго-Восточной Азии — Малайзии.

Малайзия — сравнительно небольшое государство в Юго-Восточной Азии, географически состоит из двух частей: западной (расположена на юге п-ова Малакка) и восточной (северная часть о-ва Калимантан).

Площадь ее — 332,8 тыс.кв.м. Столица — Куала — Лумпур. Население — 20,1 млн., из них 54% малайцы и родственные им этносы, 34% — китайцы, 10% — выходцы из Южной Азии. Федерация Малайзия образовалась в сентябре 1963 г. В ее состав вошли штатов и 2 федеральные территории (Куала — Лумпур и о-в Лабуан).

Малайзия — конституционная монархия (федерация).

Входит в Содружество, возглавляемое Великобританией. Действует конституция — 1963 г. Во главе 9 штатов стоят наследные правители — султаны, во главе 4 штатов — (бывшие колонии Пиканг, Малакка, Саравак и Сабах) — губернаторы, назначаемые верховным правителем. Верховного правителя (монарха) выбирают на 5 лет из своей среды сами султаны (этого права не имеют губернаторы).

Верховный представитель и султаны сохраняют в основном почетно-представительские функции, по их утверждению подлежат все вносимые в конституцию поправки; каждый султан по традиции является мусульманским религиозным главой в своем штате и поэтому сохраняет там немалое политическое влияние.

Высший законодательный орган Малайзии — парламент состоит из двух палат: нижней, или палаты представителей, и сената. Нижняя палата комплектуется в результате общих прямых выборов. Сенат состоит из избираемых членов (по два от каждого штата) и членов, назначаемых верховным правителем. [16]

Исполнительную власть осуществляет кабинет министров во главе с премьер-министром (с 1981 г. — Махатхир Мохамад).

Премьер-министром назначается лидер партии, завоевавший большинство мест в Палате представителей на всеобщих выборах.

Своеобразие внутриполитической ситуации в Малайзии — сосредоточение ключевых позиций в государственно-административном аппарате в руках малайской общины при сохранении доминирующих позиций в экономике у этнических китайцев. Правительству Махатхира Мохамада в целом удается поддерживать баланс между этими двумя крупными национальными группами.

Малайзия — интенсивно развивающаяся индустриально аграрная страна (ежегодный прирост ВВП за последние лет превышает 8%), рассчитывающая в 2020 году войти в число промышленно развитых государств. Значительные изменения в структуре экономики страны связаны с ростом и диверсификацией промышленного производства. Наиболее динамичными компонентами экономики являются обрабатывающая промышленность, электроника, нефтепереработка, транспортное машиностроение, строительство и сектор услуг. Удельный вес промышленности в ВВП — свыше 40%. При этом доля обрабатывающих отраслей — 31,1%, а добывающих — 7,3%. Прирост ВВП за 19995 г. составил 9% (в 1994 г. — 8,5%).

[14]

В основе процесса индустриализации Малайзии лежит поворот к импортозамещающим отраслям промышленности, ориентация на экспорт продукции и использование передовых технологий. Страна входит в шестерку крупнейших экспортеров промышленной продукции Азии.

Катализатором экономического роста являются иностранные капиталовложения. В 1995 г. в виде прямых иностранных инвестиций в страну поступили 8,27 млрд. долл. США, Крупнейшие инвесторы — Япония, Сингапур, США, Великобритания, Тайвань, Южная Корея, ФРГ. Повышенный интерес иностранные вкладчики проявляют к новым современным отраслям промышленности: электро- и радиотехнической, нефтеперерабатывающей, химической и автомобильной.

Осуществляется продуманная программа стимулирования внутренних инвестиций малазийского капитала, который с 1994 г. является крупнейшим источником финансирования экономики страны. Характерной чертой развития экспортоориентированного производства является широкое применение субконтрактной системы.

Несмотря на снижение в последние годы темпов роста добывающей промышленности, что обусловлено жестким регламентированием производства международными организациями стран — производителей отдельных видов сырья, а также истощением ряда месторождений отрасль наряду с плантационным хозяйством продолжает играть важную роль в малазийской экономике. Главное место в ней занимает добыча оловянной руды. Оловодобывающая промышленность — ведущая отрасль экономики страны. Промышленные запасы олова оцениваются в 1,2 млн.т в пересчете на металл. Основные месторождения его находятся в Западной Малайзии, однако большинство их, за исключением месторождений в штате Перак, истощены. По-прежнему страна остается в числе крупнейших производителей олова (35,2 тыс.т).

Получают олово как крупные монополистические фирмы, в основном английские, так и мелкие национальные предприятия, а также отдельные старатели. Значительная доля добычи находится в руках английских компаний. Крупные компании, в отличие от мелких фирм и старателей, пользуются механизированными способами добычи.

Крупнейшей оловодобывающей компанией не только Малайзии, но и мира является образованная на базе бывшей английской компании «Лондон Тин Корпорейшин», государственная корпорация «Малэйшос Майнинг Корпорейшн» (ММК), которая имеет два оловоплавильных завода, дающих около половины всего мирового производства олова в чушках, а также предоставляет инженерные услуги и оказывает содействие в маркетинге. Перспективной является разработка месторождения в Куала-Лангате. В Малайзии получают также высококачественную руду железную (в Джохоре, Келантане, Пераке и Тронгану) и бокситы (на юге Малаккского полуострова).

В разработке их месторождений заметную роль играет японский капитал. Добыча железной руды имеет тенденцию к сокращению в виду переориентации Японии на другие сырьевые рынки. Медный концентрат получают после переработки руды, добываемой на месторождении Мамут (Сабах).

Малайзия — в числе основных мировых производителей интегральных схем, кондиционеров, радио — и телевизионной аппаратуры. Электронная промышленность дает свыше 50% экспорта. [18]

Основные статьи импорта (84% от всего объема) — машины, промышленное оборудование, транспортные средства, станки, оптика и научное оборудование.

Основу экономики составляют обрабатывающая промышленность (34,5% ВВП) и сфера услуг, сельское хозяйство (12,6% ВВП) и добывающая промышленность (7,1% ВВП) [18] Особенно высокого уровня развития достигли электронная и электротехническая промышленность (первое место в мире по производству электронных компонентов и бытовых кондиционеров), автосборка (производится собственный автомобиль «Протон сага», ввозится в Россию), переработка нефти и газа (третье место в мире по производству сжиженного газа), текстильная промышленность. Среди отраслей, имеющих мировое значение, — производство пальмового масла (первое место в мире), натурального каучука (третье место в мире), оловянного концентрата и лесоматериалов. Ведется строительство крупнейшего в мире мультимедийного коридора.

Сохраняются в Малайзии традиционные промыслы: изготовление тканей батик и санкгет (ткань с узорами из золотых и серебряных нитей), ювелирных изделий из серебра, сувениров из олова и плетение.

По уровню ВВП на душу населения Малайзия, как и Таиланд, заметно отстает от стран-«драконов», их показатели находятся в интервале 5,5-7,5 тыс.дол. в год. Неслучайно, что стратегия развития обеих стран нацелена на преодоление экономического разрыва от ведущих стран региона. С этой целью огромные средства инвестируются в создание собственной научно-технической базы. Малайзия, в частности, даже в период пика валютно-финансового кризиса в Юго-Восточной Азии продолжала инвестировать огромные средства в создание «малазийского мультимедийного супер-коридора» к югу от Куала — Лумпура. В этом регионе построена новая столица страны Путраджайя, являющаяся зоной высоких технологий. На строительство города было затрачено около 5 млрд.дол.

После окончания кризиса и в результате проведенных структурных реформ ситуация в экономике двух стран заметно улучшилась. Темпы экономического роста вернулись к докризисному уровню в 6-7%, началось оживление на фондовом рынке, возросли валютные резервы, снова стали поступать зарубежные портфельные инвестиции. Однако спрос на внутреннем рынке продолжает оставаться слабым, наметилась тенденция к сокращению импорта (т.е. уменьшению притока инвестиционных товаров), в сложном положении продолжает пребывать банковская система. Например, в 1995 г. на фоне продолжающегося общего экономического роста резко возрос дефицит платежного баланса по текущим операциям (с 4,3 млрд.дол. США в 1994 г. до 7,1 млрд. в 1995 г.).

В связи с политикой госбанка, направленной на поддержание курса национальной валюты, золотовалютные резервы сократились до 25,1 млрд.долл. США (в 1994 г. — млрд.) Внешняя задолженность — 23,3 млрд дол. США. [14]

В целом перестройка структуры общественного производства, производившая на основе установок новой экономической политики, отличается неравномерностью и неоднозначностью результатов.

В политике правительства Малайзии можно выделить черты, характерные для японской модели развития, о которой мы говорили выше. Большую роль в экономическом развитии стран Юго-Восточной Азии сыграло государство. Экономическая стратегия правительства в послевоенный период мало чем отличалась о классического меркантилизма: стимулировался экспорт и достаточно жестко ограничивался импорт. Политика протекционизма. включающая таможенные и административные барьеры импорту, защищала национальных производителей от иностранных конкурентов.

На первом этапе развития сыграла политика импортозамещения, включающая в себя:

;

  • высокие таможенные пошлины защищали местных производителей от качественной продукции западных конкурентов;

;

  • относительно недорогие товары местного производства быстро насытили внутренний рынок;

;

  • иностранная валюта, полученная от экспорта, тратилась не на импорт товаров потребительского назначения, а на нее закупалось самое передовое оборудование и технологии, что поддерживало процесс индустриализации.

В ходе индустриализации стратегию экономического развития, приоритетные отрасли национального хозяйства, методы стимулирования экспорта и защиты местных производителей от иностранных конкурентов — все это определяло государство. Не случайно успехи развития стран Юго-Восточной Азии и, в частности, Малайзии, объясняются продуманностью действий их правительств, правильным выбором приоритетных отраслей экономики, быстрой реакцией на конъюнктуру мирового рынка. Даже несмотря на полномасштабное вмешательство государства в экономику, все ключевые решения принимались в зависимости от потребностей и состояния рынка на основании рыночных законов. Гибкое сочетание политики протекционизма с ориентацией местных производителей на внешние рынки дало для Малайзии великолепные результаты.

Приоритеты промышленной политики государства постоянно менялись. Активная государственная поддержка и финансирование оказывались новым прогрессивным нарождающимся отраслям, получавшим режим временной монополии. Более нейтральная политика проводилась по отношению к достаточно развитым отраслям, которые получали от государства различные льготы и преференции для поддержания своего существования. Подобным образом государство само создавало и ликвидировало стимулы для экономического развития. Гибкость государственных мер содействовала развитию экономики, но одновременно такая политика приводила к сращиванию предпринимательской элиты с государственным аппаратом и образованию по сути дела, олигархического, планового капитализма. В конце 1990-х гг. именно эта клановость не позволила государству вовремя отреагировать на первые симптомы кризиса.

Важной чертой государственной политики были действия правительства в валютной сфере. Власти препятствовали повышению курса национальных валют, избегали его резких колебаний. Увеличение курса валют по мере наращивания экспорта и роста конкурентоспособности национальных товаров государство компенсировало субсидиями для экспортеров, что продолжало делать экспорт выгодным. Государство осуществляло контроль за притоком иностранного капитала: привлекался только досрочный капитал, прямые инвестиции. Отказ от такой политики в 1990-е годы был одной из причин кризиса в регионе.

По мере укрепления национальной промышленности в страна Юго-Восточной Азии роль государства в экономике начала снижаться. Государство снизило таможенные пошлины, отменило нетарифные ограничения во внешней торговле. Прежние диктаторы сменяются новыми демократически настроенными лидерами, начинают вспыхивать скандалы о коррупции в государственном аппарате.

Современной особенностью Малайзии и стран региона является то, что их прежняя модель развития, в основе которой лежала экспортная ориентация экономики, уже во многом себя изжила. Рост квалификации рабочей силы, увеличение уровня заработной платы делают их товары все менее и менее конкурентоспособными на мировых рынках. перенакопление капитала заставляет задуматься над продолжением роста, в основе которого лежат инвестиции. Крупные компании — конгломераты с широко диверсифицированной деятельностью начинают испытывать серьезные трудности. Открытость экономики обернулась проблемой расчета по внешним долгам в зарубежными кредиторами в условиях снижения экспортного потенциала. Требуется и продолжение перестройки национальной экономики на основе рыночных принципов хозяйствования.

Выходом из сложившейся ситуации может быть модернизация экономики и переход на новый уровень развития, в основе которого должны лежать новые технологии, наукоемкое и нематериальное производство. Потенциал у новых индустриальных стране в этом плане очень даже неплохой. Наукоемкость их производственной базы постоянно повышается, квалифицированных кадров вполне достаточно, по мере роста доходов населения сложился емкий внутренний рынок. Значительно возрос и сектор услуг, включая производство информационных технологий, туризм и финансы, что дает дополнительные шансы на долговременное развитие.

Проблемы могу возникнуть от продолжающейся глобализации мировой экономики, глобализации, которая пока развивается по американскому сценарию. Попав в финансовую зависимость от США после кризиса им придется отказаться от развития экономики по собственному сценарию и активнее использовать неолиберализм по-американски. В особенности это касается стран-«тигров».

Тем не менее, нельзя полностью сбрасывать со счетов азиатскую модель развития, она нуждается только в хорошей модернизации и исправлении самых очевидных своих ошибок. Нужно отметить тот факт, что хотя мы в своей работе называем азиатской (японской) моделью развития развитие всех стран региона, на самом деле эта модель имеет различные свои варианты, характерные для каждой из стран Юго-Восточной Азии. Так, Гонконг отличается либеральным капитализмом, вполне соответствующим американским идеалам, а в Индонезии, напротив, сам уровень развития пока еще не позволяет говорить о подлинно рыночной экономике. Не стоит сбрасывать со счетов и возможную экономическую интеграцию региона, который в следующем веке вполне сможет стать достойным экономическим соперником и Европе, в Северной Америке. Восточноазиатским странам уже удалось преодолеть трудности своего развития в послевоенный период, начиная с очень плохих стартовых условий и достигнув быстрых успехов. Как думается нам, трудности в экономическом развитии, которые возникли у них в настоящее время, разрешимы гораздо легче, чем в суровые послевоенные времена. [21]

2.3 НИС Латинской Америки (на примере Чили)

К НИС этого региона относятся Аргентина, Бразилия, Мексика и Чили. В отличие от большинства стран Юго-Восточной Азии, в особенности от драконов, латиноамериканские государства обладают большими полезными ископаемыми: здесь есть железные руды, цветные металлы (медь, свинец, олово, цинк), уран, бокситы, уголь, нефть, природный газ, золото, алмазы. Кроме того, есть леечные ресурсы (особенно у Бразилии) и несравненно большие площади, пригодные для ведения сельского хозяйства. Не случайно изначальной специализацией стран региона было не только сельскохозяйственное производство, но также экспорт сырья и развитие добывающей промышленности. К примеру, до 80% экспорта Чили в недалеком прошлом составляла медь (Чили — крупнейший мировой производитель меди).

У Латиноамериканского региона есть и своеобразные политические особенности, прежде всего большая чем в Юго-Восточной Азии политическая нестабильность, частые смены правительства, иногда возникают и военные конфликты между странами (например, военное противостояние Эквадора и Перу).

С 1930-х по конец 1980-х гг. у власти в большинстве стран региона находилась военная хунта. Существовало, да и до сих пор продолжается в Колумбии, Мексике, Перу сопротивление правительству в виде партизанского движения, так называемой герильи. До сих пор в джунглях некоторых стран скрываются отряды партизан, вдохновленных идеями марксизма и примером знаменитого «товарища Че». В этом же регионе находится и широко известный «Андский треугольник», в котором бедные крестьяне выращивают на склонах гор наркотические растения, которые впоследствии наркоторговцы переправляют в США и другие страны мира. Все это придает латиноамериканскому региону определенное своеобразие.

До 1980-х гг. в Латинской Америке просуществовала модель экономического развития, ориентированная «внутрь». Отчасти эта модель напоминала восточноазиатскую. Экономическое развитие стран Латинской Америки определяли правительства, находящиеся у власти, причем достаточно жестко, учитывая то, что у власти были военные. Для стран региона была характерна так называемая «импортозамещающая индустриализация»:

  • наращивать производство в отраслях тяжелой промышленности;
  • увеличивался экспорт сырья;
  • осуществлялся протекционизм с целью защиты местных производителей: импорт инвестиционных товаров для промышленности субсидировался государством, а на импорт товаров потребительского назначения были введены таможенные пошлины.

Подобная стратегия развития в 1950-70-е гг. давала странам региона темпы роста порядка 5-6 % в год. Этот путь характерен для так называемых догоняющих стран, вставших на рельсы индустриального развития, но значительно отстающих от мировых лидеров.

За три десятилетия (начиная с 60-х гг.) крупнейшие страны за счет собственного производства стали покрывать внутренние потребности в продукции обрабатывающей промышленности на 70-90%. Развитие обрабатывающей промышленности шло по классической схеме (см. схему).

Схема 1. Этапы развития импортозамещающих производств в НИС Латинской Америки. Источник: [9]

Наибольшие масштабы и высокий уровень развития обрабатывающей промышленности были достигнуты в крупнейших странах _ Мексике, Аргентине и особенно в Бразилии.

О высоким темпах развития индустрии можно судить на примере металлургии. За 80-е гг. выплавка стали почти удвоилась, достигнув млн.т. Быстро растущее машиностроение получило отечественный конструкционный материал. Значительно увеличился экспорт стали. Быстро развивалось алюминиевое производство, а Бразилия вышла на четвертое место в мире по выплавке этого металла.

Импортозамещение не означало, что возникало число национальное производство. Часто импорт какой-либо продукции заменялся на ее производство той же зарубежной компанией, но уже на латиноамериканской земле. В целом это было выгодно, так как появлялась возможность создания современного производства, увеличение занятости населения, подготовки отечественных кадров, да и продукция оказывалась дешевле импортной. «Избыточная» часть товаров могла экспортироваться. Классический пример — автомобильная промышленность, которая начиналась с автосборки из импортных деталей и узлов. Позднее было налажено производство комплектующих частей на месте, развилось международное кооперирование. В начале 90-х гг. Бразилия ежегодно производила 1 млн. автомобилей, причем по выпуску грузовых машин и автобусов заняла пятое место в мире. В Мексике упор был сделан на производство легковых автомобилей: страна вплотную подошла к первой десятке мира. Обе страны стали мощными центрами автомобильного производства и сбыта для американских, европейских и японских компаний. Немецкий, автомобиль, произведенный в Бразилии, ввозимый, например, и в Колумбию, облагается меньшими налогами по сравнению со своим европейским аналогом.

Развитие обрабатывающей промышленности сопровождалось ростом традиционного производства минерального сырья и аграрной продукции. Латиноамериканские страны сохранили свое лидерство по многим позициям.

Несомненные выгоды импортозамещающей политики сначала закрывали ее негативные моменты. Главный недостаток состоял в создании для отечественных предприятий чрезвычайно льготных, даже «тепличных» условий, ограждающих их от конкуренции. В таких условиях отпадала необходимость совершенствования производства и улучшения качества продукции. Мешала модернизация и психология молодой промышленной буржуазии, стремившейся получить прибыль в основном за счет экономии на заработной плате. Научно-технический уровень был невысоким из-за отсутствия стимулов к его подъему. Полученные доходы часто вывозились за границу в поисках более высокой прибыли вместо того, чтобы быть использованными для модернизации национальной экономики. Результатом стал рост внешней задолженности.

В 1970-е гг. для продолжения экономического роста Латинская Америка начинает в массовом порядке импортировать недостающие на ее внутреннем рыке товары, продолжая инвестировать средства в развитие отраслей добывающей промышленности. Источником финансирования служат внешние займы, прежде всего нефтедоллары. Однако в результате нефтяного кризиса внешний долг региона от такой политики развития возрос с 42,5 млрд. долл. в й975 г. до 176,4 млрд. долл. в 1982 г.

Мировой экономический кризис начала 1980-х гг. и последствие второго нефтяного шока в 1979 г. привели к падению спроса на латиноамериканское сырье, а рост цен на нефть привел к инфляции не только в развитых странах, но и в латинской Америке. Борьба с инфляцией повсеместно велась через увеличение уровня процентных ставок, что еще более усугубило финансовое положение стран Латинской Америки. Приток капитала в регион значительно сократился.

Ответным действием правительства латиноамериканских стран было ужесточение протекционизма. Импорт сокращался через увеличение таможенных тарифов вплоть до 200%, а утечку капитала пытались остановить через повышение уровня национальных процентных ставок. Однако на финансовую систему стран латинской Америки оказывало огромное давление бремя внешней задолженности, а повышение ставки процента спровоцировало галопирующую инфляцию. Экономика региона впала в стагнацию, покупательская способность населения значительно снизилась.

Во второй половине 1980-х гг. латиноамериканские государства осознают тупиковость прежней модели своего развития и переходя к новой модели развития стран Латинской Америки, которая способствовала выходу из кризиса. В основе новой модели развития стран Латинской Америки лежала ориентация на внешние факторы развития, становление экспортно-ориентированной экономики, ведущая роль в которой от государства переходит к частному сектору. Подобная модель развития известна как «креольский неолиберализм».

Лидером по внедрению неолиберализма в экономику стали Чили, а позднее чилийский опыт был опробован и в Аргентине, и в Бразилии, и в Мексике. Более того, именно в Чили впервые на практике была проверена теория, которая легла в основу неоконсервативной политики президента Рейгана в США и М.Тэтчер в Великобритании. Либерализация чилийской экономики затронула и цены, и ставку процента, и внешнеторговую политику, и движение капитала, и рынок труда, и налоговую сферу. Мы рассмотрим современную модель развития стран Латинской Америки на примере Чили, поскольку именно «креольский неолиберализм» в его чилийской трактовке вызывает наибольший интерес и дискуссии практически у всех видных экономистов и политических деятелей нашего времени. [18]

Охарактеризуем «креольский либерализм» в его чилийской трактовке.

Прежде чем характеризовать чилийский неолиберализм, полезно вспомнить историю его возникновения. Чили начала 1970-х гг. ничем особенным в мировой экономике не выделялись. В 1970 г. к власти здесь приходят президент — марксист Сальвадор Альенде, который пытается реализовать на практике известные коммунистические идеи социального равенства, «раскулачивания» богатых, национализации экономики, планового хозяйства. В результате политики Альенде в стране возник политический и финансовый хаос, экономика впала в коллаж. На волне недовольства Альенде сентября 1973 г. власть берут в свои руки военные. В ходе штурма президентского дворца марксист Альенде погибает, а главой страны с июня 1974 г. становится бывший военный министр генерал Аугусто Пиночет. И как раз с именем Пиночета связаны экономические успехи развития Чили, именно при Пиночете началась либерализация чилийской экономики и стартовали широкомасштабные неоконсервативные реформы. Однако не все было так просто. Первоначально взяв власть в свои руки, Пиночет установил режим жесткой диктатуры (считается, что за лет его правления от режима погибло около 3100 борцов за свободу), а на все ключевые посты в управлении экономикой были назначены военные. Нетрудно догадаться к чему могла, к примеру, привести деятельность главы Центрального Банка Чили генерала Э. Кано, если экономика страны и так уже пребывала в состоянии коллажа. Однако большую роль в правильном выборе Чили сыграл наиболее могущественный предприниматель страны Хавьер Виаль — сторонник либерализма. Виаль был знаком с американским экономистом-монетаристом, Нобелевским лауреатом Милтоном Фридманом и попытался осуществить немыслимую идею: сделать так, чтобы Фридмен убедил Пиночета в либеральных идеях и осуществил свою неолиберальную теорию на практике именно в Чили.

Первоначально Виаль пригласил в декабре 1974 г. в Чили бывшего декана Шкалы бизнеса Чикагского университета А. Харбергера и с его помощью убедил Фридмена посетить Чили — уникальный полигон для экспериментальной проверки теорий Фридмена. Фридмен также получил гарантии безопасности на время своего визита. В конце марта 1975 г. Фридмен прибывает в Сантьяго и выступает с докладом «Постепенность или шоковая терапия», в котором называет главной причиной инфляции в Чили дефицита бюджета и предлагает в качестве выхода из коллапса введение ограничительных мер в кредитно-денежной сфере. Пиночет был выражен апокалиптическими пророчествами Фридмена, который настаивал на «шоковой терапии» как на единственно возможной мере предотвратить коллаж.

Пиночет поделился своими впечатлениями с членами хунты и прослушал доклад министра планирования Р. Келли. Келли заявил, что в результате падения цен на медь на мировом рынке на 50% и роста цен на энергоносители (нефть) Чили оказываются в трудной финансовой ситуации. Непрофессиональные действия главы ЦБ генерала Кано привели к тому, что дефицит бюджета страны покрывался за счет эмиссии. Мнение Келли, что Чили неотвратимо приближаются к экономическому краху полностью совпадали с выводами Фридмена. Келли было поручено за часов разработать план выхода из кризиса.

В основу плана Келли легли идеи так называемых «гигантских мальчиков», закончивших Католический университет в столице Чили Сантьяго и аспирантуру Чикагского университета. была разработана специальная программа перехода к шоковой терапии — «Программа «кирпич», как называли ее авторы. Пиночет согласился с молодыми экономистами и подписал «План оздоровления экономики». В середине апреля (все через три недели после прибытия в Чили Фридмена!) Пиночет произвел замены в своем кабинете, назначив на ключевые посты (министра экономики, главы и заместителя главы ЦБ) «чикагских мальчиков». Чилийские реформы являются одним из лучших примеров рациональной экономической политики ХХ века, в кратчайшие сроки способствовавшей выводу страны из тяжелейшего экономического кризиса.

Чилийские реформы, приведшие к появлению в стране либеральной экономики, были комплексные и постепенные. Их основными составляющими были:

;

  • Антиинфляционная политика. По рецептам МВФ и «чикагских мальчиков» была остановлена денежная эмиссия и ликвидирован бюджетный дефицит путем упорядочивания государственных расходов и увеличения государственных доходов за счет приватизации и налоговых поступлений.

;

  • Ликвидация дисбаланса во внешней торговле путем протекционистских мер. Стимулирование экспорта, особенно нетрадиционного, и ограничение импорта (на первых порах для повышения эффективности отечественного производства проводилась политика импортозамещения).

;

  • Налоговая реформа. Расширение налоговой базы, упрощение налогового законодательства, унификация налоговых ставок, отмена налоговых льгот, борьба с уклонением от уплаты налогов. С 1975 г. в или введен НДС.

;

  • Либерализация внешней торговли. Недопустимость завышения курса национальной валюты (песо), даже ее плавная девальвация для стимулирования экспорта. Привлечение иностранных капиталов, отмена валютных ограничений и ограничений на зарубежные займы. В дальнейшем для экономики страны характерно сочетание элементов либерализма и государственного регулирования во внешней торговле, а привязка курса песо к корзине иностранных валют обеспечила стабильность развития внешнеэкономических связей и помогла в борьбе с инфляцией.

;

  • Финансовая либерализация. Отмена контроля за уровнем процентных ставок, либеральный режим ввоза — вывоза капитала. Однако в Чили извлекли уроки из того, что резкое снижение курса национальной валюты, массовый отток капиталов за рубеж могут обернуться дефолтом, поэтому преимущество было отдано притоку в страну долгосрочных капиталов в виде прямых инвестиций.

;

  • Приватизация. Были восстановлены права собственности на сельскохозяйственные и промышленные предприятия в свое время национализированные правительством Альенде. При Пиночете в Чили проводилась «ультралиберализация»: в 1986 г. были приватизированы отрасли инфраструктуры, транспорт, телекоммуникации (в других странах мира это повторилось только через десятилетие).

;

  • Реформа пенсионной системы. Пенсионная реформа проведена в Чили в 1981 г., и до сих пор она остается образцом для многих стран. Были созданы негосударственные пенсионные фонды, среди которых разгорелась нешуточная конкуренция за право привлечения средств вкладчиков. Каждый чилиец получил право дважды в год менять пенсионный фонд. Государство гарантировало сохранность средств населения, лишая лицензии убыточные и сверхрисковые частные фонды. Пенсионная реформа позволила превратить сбережения трудящихся в инвестиции, что послужило мощным внутренним источником роста.

;

  • Реформа рынка рабочей силы. Повышение производительности труда, квалификации и уровня оплаты рабочей силы.

Следует отметить общую атмосферу, в которой проводились реформы. Главенствовал закон, и абсолютно все, невзирая ни на состояние, ни на принадлежность к правящей элите, были поставлены в равное положение. В качестве подтверждения можно привести реальный случай, произошедший с главой ЦБ Чили Серхио де Кастро, человеком очень близким к диктатору Пиночету. Засидевшись на работе, Кастро при возвращении домой нарушил Закон о комендантском часе, к тому же он был без документов. Человека, которого все в Чили знали в лицо, задержал первый же встреченный им военный патруль и отконвоировал его в полицейский участок. Всю ночь Кастро провел в камере, а на следующий день с метлой в руках убирал улицы. На самом же деле Кастро чувствовал себя счастливейшим человеком; ведь оказалось, что законы в Чили работают, пред ними все равны.

Стартовые условия и правила игры были едины для всех. Конечно, этому во многом способствовали режим военного положения и жесткое подавление актов саботажа реформам. Здесь можно провести некую аналогию с послевоенной Японией, но в Чили и политическое, и экономическое прикрытие реформ производилось собственными силами. Тем не менее, не стоит отрицать влияние американской экономической идеологии, сильную моральную и финансовую поддержку чилийских реформаторов со стороны США. Чили служили образцово-показательной страной для других государств Латинской Америки, которым демонстрировалось преимущество неолиберальной модели развития перед обреченным на крах марксизмом. Отрицательным же последствиям реформ была внешняя изоляция Чили из-за нарушения диктатором Пиночетом прав человека. На официальном уровне внешнеэкономические контакты с Чили были сокращены, но деловые люди мира признавали экономические заслуги Пиночета и инвестировали свой капитал в эту латиноамериканскую страну.

Основные результаты чилийских реформ были следующие:

;

  • Чили превратились в лидера по темпам роста в Латинской Америке (темпы роста ВВП превышали 7% в год);

;

  • в стране была сокращена безработица, созданы места в частном секторе экономики;

;

  • внешний долг страны сократился всего за десятилетие со 128% ВВП в 1985 г. до 32% ВВП в 1995 г., кредитный рейтинг страны значительно повысился;

;

  • если в 1970-е гг. Чили полностью зависели от эксперта меди (80% всего экспорта страны), то в 1995 г. доля меди в экспорте составила уже 40%. а промышленный экспорт при этом увеличился до 42%.

;

  • возросла открытость экономики страны: доля экспорта товаров и услуг в ВВП в настоящее время составляет почти 30% ВВП;

;

  • уровень инфляции в стране — один из самых низких в Латинской Америке (в середине 1990-х гг. — около 8% в год);

;

  • страна имеет устойчивое положительное сальдо государственного бюджета (2% ВВП) и положительное сальдо торгового баланса;

;

  • прогресс произошел и в социальной сфере. То, что марксисты декларировали на словах, диктатору Пиночету удалось решить на деле: сокращено социальное неравенство, произошло повышение образовательного уровня и профессиональной квалификации населения. [14]

И, что немаловажно, ведущая роль в экономике от государства перешла в руки частного сектора, ресурсы в Чили теперь распределяются через рыночные механизмы.

После того, как Чили превратились в латиноамериканского «тигра», необходимость в сохранении жесткого военного режима отпала. В 1988 г. генерал Пиночет согласился на проведение в стране всеобщих выборов. В 1989 г. был избран гражданский президент, а сам Пиночет добровольно ушел в отставку марта 1980 г., оставив для себя пост пожизненного сенатора, который гарантировал неприкосновенность перед судом за военные преступления прошлого. Тем не менее в 1998 г. во время визита в Великобританию Пиночет был задержан по настоянию испанских властей (во время переворота 1973 г. от рук хунты пострадало несколько граждан Испании).

До сих пор вокруг его имени ведутся многочисленные споры относительно того, как трактовать поступки этого неоднозначного политика.

Являясь пионером неоконсервативных реформ конца ХХ века, Чили стал и примером для всего латиноамериканского континента. Неслучайно и Аргентина, и Бразилия, и Мексика вскоре провели у себя аналогичные реформы. Наиболее впечатляющими результатами реформ стало сокращение инфляции и внешнего долга. Скажем, если в Бразилии еще в 1993 г. инфляция составила 2514 %, то уже к 1995 г. ее удалось снизить до 35%. С сокращением внешнего долга дела оказались не столь просты. Мексиканский, азиатский, а затем и бразильский кризисы нанесли региону значительный ущерб, девальвировав национальные валюты и вызвав новый виток роста внешней задолженности. Однако если бы другие страны континента вели свою макроэкономическую политику столь же последовательно как это было сделано в Чили, то многих негативных последствий кризисов можно было бы избежать. Чилийские же рецепты контроля за движением капитала, ограничения притока в страну спекулятивных инвестиций с мирового финансового рынка могли бы предотвратить развитие валютно-финансовых кризисов современности.

Дальнейшее развитие латиноамериканского региона, предотвращение последствий валютно-финансовых кризисов 1990-х гг. и продолжение экономического роста связаны со следующими факторами:

1. Открытость региона для международной торговли и инвестиций. У стран Латинской Америки сохраняется конкурентное преимущество в более низком уровне оплаты труда, чем в странах Юго-Восточной Азии. В Мексике, к примеру, заработная плата в среднем в три раза иные, чем в Южной Корее. В результате прямые зарубежные инвестиции направляются в развитие латиноамериканского экспортного производства.

2. Региональная экономическая интеграция. В Латинской Америке набирают обороты интеграционные процессы. Мексика в 1994 г. присоединилась к Северо-Американской Зоне Свободной Торговли (NAFTA), что сориентировало мексиканское экспертное производство преимущественно на рынок США. Вторая интеграционная группировка региона — общий рынок стран Южная Америка MERCOSUR (Mercadо Communo Sud Americano), который объединяет Бразилию, Аргентину, Уругвай и Парагвай. Чили являются ассоциированным членом MERCOSUR, а также выражают готовность присоединиться к NAFTA. Летом 1999 г. принято решение и об образовании Европейско-Южноамериканской Зоны Свободной Торговли на базе объединения потенциала ЕС и MERCOSUR. Несомненно, что продолжение интеграции в регионе будет способствовать активизации торговли, росту экспортного сектора, специализации стран.

3. Развитие инфраструктуры региона. В настоящее время инфраструктура стран Латинской Америки пока еще слабо развита. Ее развитие привлечет дополнительные инвестиции, создаст новые рабочие места и будет служить потенциалом экономического кризиса. Хорошая инфраструктура региона будет способствовать более эффективному распределению ресурсов, повысит производственные возможности входящих в него стран.

4. Продолжение привлечения иностранного капитала. Из-за незначительности уровня внутренних сбережений для региона по-прежнему актуальным остается привлечение капитала с мирового финансового рынка. С этой целью более благоприятными становятся национальные инвестиционные законодательства, разрабатывается комплекс мер по предотвращению возможности повторения валютно-финансовых кризисов.

5. Внутренний рынок. Мощным фактором развития будет служить освоение емкого внутреннего рынка. Рост экономически активного населения, производительности труда и заработной платы создают внутренний спрос, который пока еще полностью не удовлетворяется.

6. Относительно невысокий уровень расходов на оборону. В латиноамериканских НИС расходы на оборону в среднем на 1-2% ВВП ниже, чем в государствах Юго-Восточной Азии, что также можно рассматривать в качестве дополнительного потенциала для роста.

Для продолжения экономического развития предстоит решить немало сложных проблем, к числу которых можно отнести:

;

  • ликвидацию последствий валютно-финансовых кризисов;

;

  • преодоление сопротивления реформам (в Аргентине и Мексике сопротивление порой выливается в настоящие партизанские восстания);

;

  • снижение политической и социальной нестабильности (разрешение внутриполитических кризисов, проблем урбанизации в Мексике и Бразилии, уменьшение социальной напряженности и дифференциации доходов населения);

;

  • оздоровление государственного аппарата (борьба с коррупцией, бюрократией, поскольку такие НИС как Мексика и Бразилия имеют довольно низкий рейтинг по уровню коррупции);

;

  • борьба с преступностью и наркобизнесом.

Теперь охарактеризуем основные отрасли экономики НИС региона.

Сельское хозяйство по-прежнему играет здесь важную роль. В нем создается от 8-10% ВВП в Чили, Мексике и Бразилии, до 15% ВВП в Аргентине. Основными сельскохозяйственными культурами являются зерно (пшеница, кукуруза), кофе и хлопок (преимущественно в Бразилии и Мексике), овощи, сахарный тростник, сахарная свекла (кроме Чили).

Для Чили важное значение имеет рыболовство, а для Бразилии — лесная промышленность.

Промышленность дает 30-35% ВВП в Мексике, Чили и Бразилии и 40% ВВП в Аргентине. Развиты такие отрасли промышленности как добывающая, металлургическая (сталелитейная), химическая и нефтеперерабатывающая (в Аргентине, Бразилии и Мексике), машиностроение и автомобилестроение (Аргентина и Бразилия), электроника (Мексика), текстильная (Аргентина, Бразилия, Мексика), пищевая. Наукоемкость производства относительно невысока, так как собственная технологическая база стран региона пока еще слабая. Тем не менее Бразилия уже развивает аэрокосмическую промышленность, а также обладает собственными разработками в сфере военных технологий.

В сфере услуг развитие получила индустрия туризма. В Мексике, к примеру, известен знаменитый курорт Акапулько, а Бразилия славится не только своими пляжами, но и карнавалами. В Мексике и Бразилии, кроме того, постепенно развивается и сектор финансовых услуг: фондовые биржи Мехико и Сан-Паулу являются ведущими в регионе.

Основными внешнеторговыми партнерами рассматриваемых стран являются США, Япония и страны Европейского Союза. [11]

Сделаем общие выводы по НИС Латинской Америки.

Можно с уверенностью судить о том, что латиноамериканские НИС встали на твердый путь развития. Их надежды и результаты подтверждает опыт Чили. Тем не менее, успешность перемен зависит от способности правительств продолжать курс экономического роста, следовать модели Латинской Америки, пока неплохие. По мере перехода азиатских «драконов» в разряд развитых стран, латиноамериканские государства вполне могут занять их прежнее место в мировом промышленном производстве.

Латиноамериканская модель развития до 1980-х гг. очень сильно напоминает азиатскую. Тем не менее, одна из стран Латинской Америки- Чили — пошла в совеем развитии гораздо дальше, построив «креольский неолиберализм», которому впоследствии учились и многие ведущие страны мира. Другие НИС региона не лишились на столь же рациональные и комплексные реформы, что можно объяснить уникальностью ситуации начала реформ в Чили и сравнительной простотой проведения реформ под жестким контролем хунты. Военными в союзе с грамотными экономистами буквально удалось сотворить в Чили чудеса. Опыт Чили, как и опыт стран Юго-Восточной Азии, свидетельствует о том, что сначала под контролем государства должны проводиться реформы в экономике, и лишь затем можно начинать политическую демократизацию общества.

Отвечая на вопрос, годится ли латиноамериканский опыт (особенно чилийский) для России, нужно отметить, что все страны Латинской Америки разные, и они очень сильно отличаются по своим культурным традициям от России. К примеру, Чили — страна, имеющая в десять раз меньшее население, чем Россия, к тому же большинство населения (на 80%) — законопослушные католики. Кроме того, для повторения феномена Чили надо не просто иметь популярного среди военных и гражданского населения генерала — диктатора, но у этого генерала должно быть феноменальное чутье на правильность принятия решений, а также хорошая команда молодых образованных экономистов.

Для того, чтобы идти по чилийскому пути, нужно сразу же вводить военное положение и лишать многочисленных чиновников и олигархов всех их привилегий перед законом. Необходимо признать правильность теорий американских экономистов-монетаристов, а также иметь поддержку среди американских политиков и предпринимателей. Подобных условий в России просто нет. Пример же Мексики или Бразилии не столь хорош. Здесь также как и у нас неэффективен государственный аппарат, погрязший в коррупции, есть и свои многочисленные нувориши, многие из которых разбогатели на наркоторговле и финансовых спекуляциях. Модель развития Мексики и Бразилии привела к кризису в латиноамериканском регионе еще и из-за того, что чилийская модель оздоровления экономики ими была реализована не до конца. [14]

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Оценивая современное состояние мировой экономики нужно отметить наступление эпохи глобализации. Однако эпоха глобализации породила и проблемы, ранее не пересекавшие национальные границы. Несмотря на кажущееся представление о мировой экономике как о целостной системе, она не лишена многочисленных недостатков, о которых мы подробно говорили выше.

Глобализация вызвала фундаментальные изменения в науке и технике, привела к росту числа индивидуальных инвесторов, привела к демократизации информации, которую получают через глобальные информационные сети типа Интернет.

Никто не будет отрицать того, что глобальная экономическая интеграция выдвигает новые перспективы развития национального хозяйства. Вместе с тем оказалось, что ее последствия далеко неоднозначны. Глобализация несет процветание и усиление позиций сильным экономикам ведущих стран мира, одновременно вводя слабые неконкурентоспособные экономики в депрессию, порождая накопление огромных богатства на одном полюсе системы мирохозяйственных связей и нищету, безработицу, нестабильность и отсутствие безопасности на другом. Глобализация должна вести к модернизации всех без исключения национальных экономических систем, а также всего мирового хозяйства. Несомненные успехи развития экономически отсталых стран. Завоевание политической независимости, осуществление деколонизации, проведение аграрных реформ, импортозамещающей / экспортоориентированной индустриализации, создание экономической и социальной инфраструктуры, налаживание и совершенствование систем макроэкономического регулирования, мобилизация собственных ресурсов, а также широкое использование капитала, опыта и технологий развитых государств способствовали относительно быстрой модернизации социально-экономических структур периферийных стран.

Существенное увеличение темпов экономического роста развивающихся стран в последние полвека было во многом связано с процессом ускоренной индустриализации, с распространением демонстрационного эффекта, со значительными сдвигами в структурах занятости населения, основного капитала, валового продукта, а также совокупного спроса. По сложившейся совокупности социально-экономических факторов в некоторых странах и регионах можно выделить определенные модели социально-экономического развития.

Заслуживает внимания модель развития Индии, где господствует государственный сектор экономики, а частному капиталу отведена малая роль. После объявления Индии независимым государством был разработан собственный путь развития. В его основе лежали 3 принципа: национальная гордость, предубеждение и надежда на самообеспечение. Расчет делался на собственные сырьевые ресурсы и производство собственного оборудования. Однако в 1980-х гг. произошел кризис модели государственного регулирования экономики. Неслучайно в начале 1990-х гг. стала очевидна необходимость проведения в стране экономических реформ, которые дали свободу частному сектору экономики, сделали экономику открытой для внешних рынков.

Своеобразная «японская» (восточноазиатская) модель, которую приняли на вооружение НИС Юго-Восточной Азии. Как и в Японии, эта модель привела страны к настоящему «экономическому чуду».

Особенность модели развития НИС Латинской Америки в том, что первоначально, до 1980-х гг., она напоминала восточноазиатскую, так называемую «импортозамещающая индустриализация». Но эта модель во 2-ой половине 1980-х гг. стала для латиноамериканских НИС тупиковой, они переходят к новой модели развития, которая известна как «креольский неолиберализм».

Анализируя рассмотренные модели развития трудно сделать однозначный вывод о достоинствах и недостатках каждой из них. Очень важно учитывать всю совокупность множества факторов социально-экономического развития.

Интересно, что каждая модель развития быстро трансформируется, возможно, что через несколько десятилетий ученые будут выделять в рассмотренных нами странах и регионах совсем иные модели развития. К каким результатам приведут современные модели пока неясно, но по прогнозам экономистов и географов это должен быть прогресс и стабилизация экономик. [12]

ЛИТЕРАТУРА

1. Большая книга знаний. Страны и народы. М., Астрель АСТ, 2003, 560 с.

2. Воробьев А.Ю. Личное потребление и экономический рост: опыт стран Южной и Юго-Восточной Азии / РАН; инс-т мир.межд.отношений. М.: Наука, 2008, — 210 с.

3. Генин И.А., Данциг Б.М. Страны Юго-Западной Азии и Северной Африки. Экономико-географический обзор. Пособие для учителя. М., Учпедгиз, 1960.

4. Индия: религия в политике и общественном сознании. — М.: Наука, Главная редакция восточной литературы, 1991. — 208 с.

5. Индия: экономическое социально-политическое развитие. М., Наука, 1978 — 163 с.

6. Ковалев Е.В. Развивающиеся страны: новые тенденции в развитии аграрной сферы. / АН СССР Институт востоковедения. — М.: Наука, 1965 — 352 с.

7. Корнеев В.Л. Индия. 80-е годы. М.: Мысль, 2006 — 206 с.

8. Королев А.В. Зарубежная Азия. Хрестоматия. Пособие для учителя. М., Учпедгиз, 1957 — 259 с.

9. Кузнецов А.П. Население и хозяйство мира. кл. Учеб. для общеобр. учеб. заведений. — М.: Дрофа, 1997. — 304 с.: ил., карт.

10. Максаковский В.П. Географическая картина мира: В 2-х кн. Кн. Общая характеристика мира — М.: Дрофа, 2004 — 480 с.: ил., карт.

11. Максаковский В.П. Географическая картина мира: В 2-х кн. Кн. II. Региональная характеристика мира. — М.: Дрофа, 2009. — 480 с.: ил., карт.

12. Новейшая история стран Азии и Африки: ХХ век: Учеб. для студ. вузов: в 3 ч. / Под ред. А.М. Родригеса. — М.: Владос, 2007. — Ч.2.: 1945 — 2000, — 320 с.

13. Опыт экономических реформ в развивающихся странах. — М.: Наука, Изд. фирма «Вост.литература», 1992. — 163 с.

14. Погорлецкий А.И. Экономика зарубежных стран; учебник. — СПб.: изд-во В.А.Михайлова, 2008 — 463 с.

15. Сингха Г. География Индии. М.: изд. Прогресс, 1980 г. — 165 с.

16. Страны и народы. Зарубежная Азия. Юго-Восточная Азия. М., Мысль, 1982 — 382 с.

17. Страны и народы. Зарубежная Азия. Южная Азия. — М.: Мысль, 1982 — 285 с.

18. Страны мира: Краткий политэконом. справочник. / Под общей ред. И.С. Иванова. — М.: Республика, 1997 — 480 с.

19. Экономика зарубежных стран: капиталистические и развивающиеся страны. М., Высшая школа, 2006 — 157 с.

20. Экономика развивающихся стран: проблемы и перспективы. — М.: Наука, Главная редакция восточной литературы, 2008 — 183 с.

21. Экономика стран Юго-Восточной Азии. / Под ред. В.В. Бойцова. — М.: Изд-во МГУ, 2009. — 240 с.